Очень! Карл Венедиктович, наконец, признает мой гений и моё превосходство. Это будет прорыв науки. А если я выправлю ситуацию…
— Лиза, — Великий Князь накрыл ладонь докторши, наклонился к ней и чмокнул в лоб. — Остановись на минутку, внучка.
Девушка замолчала и подняла лицо на Михаила Владимировича. Захлопала глазками.
— Ох, доиграешься ты, — улыбнулся Великий Князь и указал рукой на меня: — знакомься, Ростислав Драгомирович Туров, лейтенант морской пехоты.
Затем он посмотрел на меня и указал на девушку:
— Княжна крови Елизавета Владимировна.
Девушка картинно, медленно, повернула голову в мою сторону. Я же вскочил на ноги и поклонился.
— Ваше Высочество.
— Ваше благородие, — холодно произнесла она, окатывая меня равнодушным взглядом, и тут же, надув губки, повернулась к Великому Князю, в голосе снова послышался мёд: — деда, мне очень надо. Ну, дедаа…
Михаил Владимирович зажмурил глаза и… затрясся в беззвучном смехе. Целую минуту его лицо походило на пересушенный изюм. Морщины были настолько явными и глубокими, что невольно я вспомнил шепотки о его возрасте.
Четыреста с лишним лет Великому Князю, хранителю империи.
— Видишь, Ростислав Драгомирович, — он успокоился и весело посмотрел на меня, — с кем приходится иметь дело, ну, как тут отказать?
Меня от его слов аж потом прошибло, и дёрнулся левый глаз.
За что?
— Спасибо, спасибо, — затараторила докторша, бросая на меня ехидные, полные предвкушения взгляды.
— Не стоит, Лизонька, — Великий Князь снова накрыл её ладонь своей, — я ещё ничего не решил.
— Но… — запнулась докторша.
Теперь у неё глаз задёргался. Я же еле сдержался, чтобы не хмыкнуть. Только вздрогнул, но она заметила и окатила таким взглядом, что пришлось прикинуться ветошью.
— Сначала обоснуй необходимость исследований, а то я не понимаю для чего тебе лейтенант.
— Хорошо, — кивнула докторша.
Отстранилась от деда, отодвинулась на край дивана. На мгновение закрыла глаза, вздохнула и, выпрямив спину, посмотрела на нас совсем другим взглядом.
— В личном деле лейтенанта сказано, что в детстве он упал с высоты. Выжил и долго восстанавливался. Индекс развития при этом застрял на одиннадцати пунктах и не развивался до поступления в академию флота.
Она достала инфопланшет и развернула голограмму презентации.
— Динамика развития ауры доступна только в единицах, рисунок почему-то не сняли, — она вертела перед нами мою призрачную фигуру, которую окутывал рваный шар.
