Она кладет в корзину несколько ритуальных пластин на лентах, чтобы я всегда могла помолиться богам. Я жму руку господину Ройсу и велю ему следить за домом, оставляя его за старшего, а он порывается принести мне записи с моими наблюдениями и исследованиями из кладовой."
"Мне хочется попрощаться еще с Асиньей и капитаном Эртом. Асинья большая молодец, и из нее выйдет хороший врач. А вот насчет Эрта… Мне слишком стыдно, что я даже не знаю его имени. Ни разу не спросила. И не интересовалась прежде, а сейчас мне вдруг важно знать.
И в груди теплеет при мысли об этом человеке.
Я медленно бреду по замку, глядя на стены из грубой каменной кладки, на расплывшиеся сальные «свечи-вонючки», стоящие в специальных нишах. Мне жалко уезжать. Неизвестно, сколько времени я проведу в столице. Скорее всего, придется назначить в Рьене управляющего, потому что Реиган не даст мне ездить сюда так часто, как хотелось бы. В столице я займусь университетом и лекарской школой… или стану вечной пленницей.
Сама не понимаю, как выхожу на террасу, под колючий вечерний ветер. Осень вступила в права, и ночами уже холодно. Потираю плечи, наблюдая, как грузят вещи в экипаж. Позволяю себе заплакать – тихонечко. Не из-за жалости к себе, а скорее, из-за избытка эмоций, просто потому что хочу.
– Не нужно, Анна.
Этот голос раздается из ниоткуда. Он наполнен искренним сожалением. Я впервые слышу его таким.
Оборачиваюсь, не стирая слез. Я их не стыжусь. Я ведь живой человек, и плакать – это естественно.
– Вы… – но все-равно злюсь.
Не хочу, чтобы Реиган вклинивался в этот святой для каждой женщины процесс оплакивания неизвестно чего.
– Зачем вы… ваша нога! – скриплю зубами, потому что император умудрился вдеть ее в сапог и наверняка снял гипс.
Остолоп проклятый.
Непрошибаемый упрямец.
Хромая, он подходит к перилам, опираясь на трость.
– Вы взрослый человек, – говорю я, – ваше дело, как поступать со своим здоровьем, но…
– Я буду хром до конца жизни? – перебивает он.
Я нахожу его довольно крепким для правды и отвечаю:
– Да. Перелом был сложным. Я сделала все, что смогла.
– Хорошо. Переживу.
– Не сомневаюсь в вас, ваше величество.
Реиган делает шаг ко мне, но я отступаю.
– Я тебя не обижу, Анна, – глядя мне в глаза, говорит он. – Денвер доложил о том, что ты сделала в Дрейбе. Это очень милосердно и достойно принцессы Эсмара, – и добавляет: – достойно моей жены.
– Что ж, я рада, что вы оценили.
