– Буду счастлив, – отвечает лекарь, а затем протягивает мне конверт: – Его величество поручил передать вам лично в руки.
Послание от мужа заставляет меня разволноваться. Я не жду от Реигана ничего хорошего, поэтому вскрываю конверт тотчас – умирать, так умирать!
– Прошу прощения, – отхожу к окну и вчитываюсь в строки, написанные жестким, ровным почерком.
«Анна,
мэтр доставит в Рьен лошадь, книги и мои рекомендации по преподавателям Тинского императорского университета, с которыми ты могла бы вести переписку по интересующим тебя вопросам».
У меня слегка дрожат руки.
Чего я никак не ожидала – что он попросту исполнит все мои просьбы, переданные через капитана Эрта.
Подмастерье лекаря вдруг ставит на стол клетку, в которой бьются голубки.
– Подарок его величества, – поясняет мэтр, замечая, что я недоуменно гляжу на птиц.
Догадываюсь, что это почтовые голуби. Мои голуби. И мне тут же приходит на ум назвать их «Эсэмэсками».
В Рьене тоже есть голубятня, а значит мы с Реиганом сможем обмениваться посланиями.
– Его величество велел передать, что вам не стоит просить капитана Эрта указывать о ваших пожеланиях в отчетах, которые он обязан отправлять. Вы можете лично написать его величеству в любой момент.
Я едва успеваю скрыть усмешку.
– Эмин, – обращаюсь к слуге, который все это время стоит у дверей, словно истукан. – Принеси, пожалуйста, перо и чернила.
Меня терзает желание ответить сию же секунду. На расстоянии я обретаю пугающую смелость.
«Ваше величество,"
"выражаю признательность за вашу исключительную доброту…»
От этих слов за версту несет иронией.
«Могу ли я надеяться, что вы позволите мне совершить небольшое путешествие до рудников в Дрейбе? Мне необходимо поговорить с лекарем от гильдии и посмотреть в каких условиях работают жители Рьена».
Я с довольством привязываю записку к ноге голубя, а затем выпускаю его в окно и смотрю, как он быстро летит по лазурному небу в сторону столицы.
И сердце у меня колотится от безумства собственного поступка. Просьба о поездке в Рьен была продиктована не только желанием свободы, но и тем, что я не списывала со счетов идею с побегом.
Разумеется, идея была непродуманной и, если по-честному, почти невозможной, но она оставалась в моей голове, на самый крайний случай.
– Мэтр Финч, – я оборачиваюсь и смотрю на лекаря. – Ответьте, жив ли Эмсворт?
– Жив и идет на поправку.
Госпожа Ройс неловко вносит поднос, и я прошу мэтра и его подмастерье сесть за стол, чтобы перекусить.
