Лекарь Его Величества. Том 2

А ещё я задумался над тем, возможно ли действительно развить уровень алхимии в нашем мире до таких масштабов. Ведь сейчас она находилась на уровне обычных лекарственных препаратов. Но наука не стоит на месте, и, возможно, когда-нибудь мы научимся разрабатывать целые зелья…

К чему всегда стремились все лекари мира. И взятая мной книга для некромантов эту идею только ещё раз подтвердила.

— Кто у нас сегодня доброволец? — тем временем вопрошал актёр. — А, Владимир! Напомните, вы подписали отказ от претензий?

— Да, отказ от претензий, завещание, всё написал, — с тяжёлым вздохом отозвался со сцены мой друг.

— От прогулов! — заявил актёр.

На этом моменте и я уже не выдержал и засмеялся вместе со всеми. Настолько идеально подходила моему другу эта комическая роль.

— Это ради науки, Владимир, — заявила со сцены Анна. — Просто выпейте! Это же для капустника. Зрители собрались, все ждут, — на этих словах девушка обвела рукой весь зал.

— Хорошо… Ради науки и капустника я это сделаю, — собравшись с духом, заявил Владимир.

Анна поднесла ему какую-то пробирку с оранжевой жидкостью. Наверное, в качестве реквизита использовали апельсиновый сок.

Однако мой друг играл просто великолепно. Прежнее волнение в нём абсолютно не чувствовалось.

Он взял пробирку и залпом проглотил содержимое, словно действительно выпил какое-то зелье.

— Ну, как ощущения? — спрятавшись за стул, спросила Анна.

— Я чувствую волну внутри! — внезапно пропел Владимир, широко раскинув руки, как оперный певец.

— Анна, что это такое? — испуганно спросил парень, играющий Сергея Станиславовича. — Я просил зелье от простуды, а не для оперной карьеры!

Девушка засуетилась, перебирая руками стоявший на столе реквизит.

— Но я взяла правильную склянку! — ответила она.

— Мой голос рвётся в небеса! — продолжал петь Владимир. Кстати, пел он вполне неплохо.

И я бы совсем не удивился, если бы похожая ситуация произошла с ним и в реальной жизни.

Парень с наклеенными усами тем временем тоже подошёл к столу и деловито осмотрел пробирки.

— Вот оно в чём дело! — воскликнул он. — Вы дали ему не «бальзам бодрости», а «усилитель харизмы» с побочным эффектом оперного голоса. Я готовил это зелье для своего выступления перед ректором.

— Теперь я тенор, полный красоты! — спел Владимир, обращаясь к зрителям.