Наши тайные встречи в библиотеке и поиски запретных книг, летний бал, на котором он танцевал только со мной, на зависть всем девчонкам. Он был моим, я его."
"Чертова война! Ненавижу людей с оружием, ненавижу аристократов, ненавижу чертовых драконов. Но больше всего ненавижу Виктора за то, что он ушел защищать наши земли от крылатых узурпаторов. Дурак! Земли на месте, вот они, а Виктора больше нет.
Я почувствовала, как слёзы начинают катиться по щекам. Воспоминания о нём всегда вызывали во мне бурю эмоций — любовь, гнев, горечь и тоску.
Но я не могла позволить себе утонуть в этих чувствах. Я вытерла слёзы, глубоко вздохнула.
Нужно жить дальше, минута за минутой, день за днем. Пусть иногда жизнь кажется пустой, бессмысленной, невыносимой, как сейчас, но я спасаю других. Тех, для кого счастье еще возможно, и это благородно. Это то, чему нас учили.
Я опустилась в воду с головой, давая себе обещание, что когда вынырну, не буду больше думать о грустном. Есть здесь и сейчас. У меня есть пациент и нужно работать.
Я вынырнула, смыла с волос остатки грязи и выбралась из кадки. Что ж, уже намного лучше. В животе заурчало, как назло, в погребе было пусто. Я собиралась обменять у рыбаков травы на угря, но все вылетело из головы из-за незнакомца.
И вообще, что голый мужчина делал посреди болота? Может быть, скинул одежду, тянущую обратно в топь? Всю, что ли? Даже белья не оставил?
В голове прояснилось, и тут же начали возникать вопросы. Я вылезла из кадки, вся в раздумьях, промокнула волосы полотенцем и накинула на голое тело простыню.
Ничего, завтра к обеду найденыш проспится, и я устрою ему допрос с пристрастием, а пока следовало бы сосредоточиться на поиске еды. Не может быть, чтобы в доме не было ничего съедобного.
Я бросила юбки отмокать в кадку, забрала содержимое карманов и пошла домой.
* * *Через час пришлось признать: дома есть нечего. Последняя надежда на сердобольных кумушек, которые могли ослушаться и принести чего-нибудь вкусненького обнаженному красавчику.
Я рассудила так: он на ужин неспособен, а чего еде даром пропадать. И вообще, когда твой лекарь сыт — лечение идет лучше.
Наскоро расчесав подсохшие волосы, я накинула на себя чистую нижнюю рубаху и босяком пошлепала к навесу.
К вечеру по обыкновению поднимался легкий ветерок, так что за колыхающимися простынями я не сразу заметила большую проблему. А вернее, отсутствие большой проблемы. Голый пациент исчез! — Он что, сбежал?!
Глава 3.
