Наина смотрела на линии татуировки через разные лупы, подносила магические кристаллы, замеряя их свечение. Потом она подошла к большой ручке на стене и, медленно вращая её, привела в движение гигантские ставни. Спустя минуту нас окутала кромешная темнота, но татуировка продолжала светиться.
— Ну как? — робко спросила я, пытаясь сдержать дрожь в голосе.
Наина вздохнула и, ориентируясь в своей лаборатории, как будто даже без света, усадила меня на стул. Затем подошла к столу и зажгла несколько свечей; их мягкий свет заполнил комнату, но не рассеял мою тревогу.
— У меня плохие новости, — медленно начала она, осторожно подбирая слова. — Думаю, вы смело можете обратиться в суд и предъявить Дэгаю ещё одно обвинение.
Я почувствовала, как земля снова уходит из-под ног.
— Татуировка недействительна? — выдохнула я, вцепившись в край стола, чтобы не упасть.
Наина взглянула на меня с грустью.
— Действительна. Только вряд ли вы соглашались на то, чтобы в краску подмешивали приворотные ингредиенты.
— Что?!
Я вскочила со стула так резко, что ударилась головой о магический микроскоп или как там называлась эта странная штуковина.
Боли я не почувствовала — только ярость, которая будто кипела внутри.
— Приворотные ингредиенты?! — не сдержавшись, закричала я.
Наина вовремя успела подхватить штуковину, которая начала крениться от удара.
— Сядьте, прошу вас! — взмолилась она, но её голос не достигал моего разума.
— Сесть?! После того, что вы сказали?! — я задыхалась от гнева. — Вы уверены?
— К сожалению, да.
И они довольно редкие, мощные…
Наина, похоже, полностью разделявшая мое возмущение, уже была занята тем, что протирала спиртом кожаную кушетку. Она сделала мне знак подождать, выкатила из-под стола большой сундук и раскрыла его.
Баночки, скляночки, травы, иглы. Все, как у меня, только не для лечения, а инструменты для татуировок.
— Что вы собираетесь делать, — спросила я, наблюдая за ее действиями, как за таинством.
— Собираюсь вас от нее избавить, вы же не против?
— Чертовски за! — выпалила я, чувствуя, что сейчас взорвусь.
— Выпейте пока воды.
Я молча подошла к графину, налила себе стакан, потом, не раздумывая, осушила весь графин целиком. Мне нужно было остыть. Иначе я окажусь за решёткой за убийство. А может, и за двойное.
Обернувшись к Наине, я еле сдерживала трясущиеся руки.
— А… мой жених? Он на самом деле жив?
Глава 19.4
Наина ненадолго замолчала, обдумывая мой вопрос. Казалось, она не спешила с ответом, возможно, подбирая слова.
