Чем выше был накал страстей в пьесе, тем более бурной становилась реакция аудитории. Мужской голос выкрикнул: «Пусть полуночники своих баб топчут, нечего к нашим лезть», и на него тут же зашикали стоящие рядом женщины.
Влюблённые хотели сбежать, но жестокие родственники мага их поймали и попытались разлучить. Защищаясь от них, местный Ромео случайно ранил свою Джульетту, и она погибла у него на руках совершенно нелепой бессмысленной смертью. Тогда он подхватил её тело, повернулся спиной к зрителям и шагнул с края обрыва (и помоста) в глубине сцены.
И столько чувства было в его жестах, что я поймала себя на мысли, что верю в эту историю. Верю, что когда-то и где-то подобное действительно произошло, и две жизни оборвались лишь потому, что окружающие не могли позволить существовать их союзу.
Зрители встретили финал тишиной и молчанием. «А выбрала бы своего парня, родила бы деток и бед не знала», — пробасил всё тот же голос.
Собравшиеся вдруг загомонили разом, будто кто-то дал команду. Они горячо обсуждали, возможен союз мага и полуденницы или нет.
В сторону сцены полетели проклятия и даже парочка яиц, а группа молодых парней освистала актёров, в спешке удаляющихся прочь.
Меня тронул за плечо дядька Мелест:
— Как тебе постановочка?
— Неожиданная. Я думала, что на ярмарках ставят нечто более жизнеутверждающее… Вряд ли такая пьеса поможет собрать хорошую кассу, — протянула я.
— Та разнарядка свыше, — хмыкнул староста. — Говаривают, там раньше была другая концовка, будто парень с девицей сбежали и деток нарожали.
Так жгли всё время декорации-то… Вот они и поменяли чутка.
— Зачем? Чтобы показать, что союз полуденницы и полуночника губителен?
— Чтобы показать, что он возможен, — хмыкнул староста и многозначительно посмотрел на меня: — Но кому как не тебе это знать.
Я промолчала. Большого счастья союз родителей Лане не принёс. Можно, конечно, сколько угодно дискутировать на эту тему, но факт остаётся фактом: полукровка в этом мире — в первую очередь изгой, что ощущалось до странности неправильным, ведь именно полукровки обладали самыми лучшими качествами обеих рас.
Хотя, возможно, именно это всех и бесило."
"Мы вернулись домой, где меня встретила истосковавшаяся по вниманию Шельма. Талла с дедом Кальвом и Дичиком отправились к себе, и я долго стояла на крыльце, внимательно наблюдая за походкой своего маленького пациента. Может быть, я рада обманываться, но мне казалось, будто с каждым днём она становится ровнее и увереннее.
