Конечно, ты заслуживаешь золотой рим с самыми огромными эвклазами, но такой я подарю тебе несколько позже.
— Не нужен мне золотой, — запротестовала я, нацепила на голову рим и обняла своего теперь уже жениха. — Мне ужасно нравится! Спасибо!
— Это «да»? — чуть насмешливо спросил он.
— Конечненько, — отозвалась я, прижимаясь к нему.
Он улыбнулся ещё шире, а потом потёр висок.
— Опять голова болит? — всполошилась я. — Эрер, мне это не нравится. Говорю же, нужно показать тебя опытному целителю магов.
— Да всё в порядке, это просто последствия ранения.
— Но времени уже столько прошло! Боли должны становиться реже, а они становятся чаще!
Головные боли были единственной ложкой горчицы в зефире нашей жизни. Эрер относился к ним чересчур легкомысленно, а я по-прежнему ничем не могла помочь.
— Всё пройдёт. А ты снимаешь боль куда лучше, чем любой другой целитель.
— Мне кажется, у тебя может быть опухоль, Эрер, — наконец сказала я. — Не уверена, но однажды мне показалось…
— Конфетка, ты слишком сильно волнуешься.
— Потому что меня просто вымораживает от мысли, что я могу тебя потерять! — воскликнула я куда громче, чем намеревалась. — А ты даже не можешь к нормальному врачу сходить!
Эрер на секунду замолчал, а потом заговорил примирительно:
— Если ты ставишь вопрос таким ребром, то я, разумеется, схожу к целителю. Можно будет съездить в столицу после ярмарки. Как раз отыщем там жреца и поженимся.
— Вот и отличненько, — успокоилась я, обнимая его и поцелуями поощряя и дальше соглашаться с невестой и будущей женой.
В ту ночь мы любили друг друга как-то особенно чувственно и нежно. Может, дело в проникающем во все клетки тела свете луны. Может, в романтическом трепетании свечей. А может — в переливающемся всеми красками риме на моей голове, доказывающем, что Эрер не просто хочет и любит, а действительно готов связать наши жизни воедино.
К сожалению, никуда доехать мы так и не успели.
Утром следующего дня в дверь раздался требовательный стук, от которого нас буквально подкинуло на постели.
Проснувшийся Эрер вопросительно посмотрел на меня.
Стук раздался снова, и стало понятно, что незваный гость не уйдёт.
Я молниеносно влезла в домашнее платье и босиком побежала открывать, на ходу вспоминая, где какие зелья лежат. Неужели опять кто-то себе пальцы отхватил?
За дверью оказался незнакомый полуночник, и сердце ухнуло куда-то в пятки. Я всей шкурой чувствовала, что появился он тут неспроста, и расточаемым улыбкам не поверила.
— Ясного дня.
