От автора: Вера и Семен - герои книги ""А я тебя да"" - на этом сайте данная история не представлена.
Олигарх Вершинин - герой книги ""Девочка. Девушка. Женщина""
ГЛАВА 8
ГЛАВА 8
Минуты, которые уходят на то, чтобы достать Мишку из воды, в моей вселенной растягиваются на триллионы лет. За это время происходит столько, что все и не упомнить. Я, кажется, тоже бросаюсь к борту, между двух металлических планок которого Мишка так легко проскочил, но кто-то оттаскивает меня прочь, крича в ухо:
– Нет, Эля, нет! Юра прыгнул за ним, Стас, и еще два парня… Они его достанут.
Не надо, Эля. Слышишь?
А я брыкаюсь. И тогда этот кто-то вяжет меня по рукам и ногам теплым пледом, наваливается сверху, прижимая к остывающему дереву палубы, и негромко командует:
– Тихо! Только прислушайся! Они уже поднимаются.
И так уверенно, так спокойно звучит этот голос, что я, будто сама вынырнув из бездны, делаю жадный вдох.
– Жор, мы можем чем-нибудь помочь? – беспокоится Вера.
– Где-то был термос. Налей ей чая погорячей и послаже.
Кажется, это Бутенко? Плевать. Отдышавшись, я вновь начинаю вырываться. Меня топит паника. С каждой секундой небо становится все темней, последние отблески солнца тают в сиреневой дымке. В воде уже ничего не разглядеть. А в ней мой сын. Мой маленький мальчик… Сколько времени у него есть? Пять минут? Десять?
– Эля, смотри. Смотри, Мишку достали! Он даже не нахлебался.
Я приподнимаюсь, опираясь на руку, в момент, когда Мишку как раз затаскивают на палубу. На четвереньках подползаю к своему малышу.
Растолкав всех помощников, не видя их лиц, принимаюсь сдирать с сына спасательный жилет и мокрую одежду.
– Давай в каюту его.
– Тащите чай!
– А лучше в горячий душ. Эля, сюда пройдите.
Голоса удаляются и приближаются на волнах приливающей к ушам крови. Я слышу… И Юру, и олигарха, и Шведова. В спасательной операции участвуют, кажется, все присутствующие на яхте.
«Надо будет их поблагодарить. Когда-нибудь потом. Когда я найду в себе силы отлепиться от Мишки», – мелькает в голове здравая мысль, и все вокруг снова меркнет.
"
"В следующий раз я себя осознаю уже в каюте. Мишка теплый, переодетый в сухое и завернутый в одеяло. Сидит у меня на руках. Я покачиваю его и что-то напеваю… Юра с нами, рядом. Он тоже уже в сухом. В отличие от сына, Юре мы не брали одежду на смену. И где он откопал свой наряд – спортивные штаны и худи, остается только догадываться.
Остаток вечера в памяти откладывается вспышками.
