Леонхард фон Линдендорф и фон дер Марк

Сначала просто тащились за нами, а потом резко ускорились, обошли нас по дуге, и пошли параллельно моей «Агнетте», подавая какие-то знаки. Приблизились они достаточно близко, так что смог рассмотреть флаги. И очень сильно удивился.

— Что за чёрт! Откуда тут генуэзцы?

Ну, так, на белом фоне красный крест. Как есть генуэзцы.

— Что вы, ваше сиятельство, это англичане. — поправил меня капитан.

— Как англичане? Мы же в Беренике двух генуэзцев захватили именно с такими флагами. А у англичан вроде лев на флаге, я, помнится, как-то видел такой при встрече с английской эскадрой.

— Нет, ваше сиятельство, английский королевский флаг именно красный крест, крест святого Георгия, но белом поле. Они его как раз у генуэзцев и спёрли. А лев — это, наверное, штандарт командира эскадры. В зависимости от того, кто командует эскадрой, на флагмане может быть штандарт и со львом, и с орлом, и с единорогом, и ещё с какой зверушкой.

— Понятно. А я ещё удивлялся: и у кастильцев лев, и у англичан.

— У кастильцев на флаге два льва и две башни.

— Ну, да. Но лев же. Хорошо, что не генуэзцы, а то я уж думал, что они сейчас начнут права качать и требовать возвращения своих кораблей.

— Ну, что вы, ваше сиятельство, откуда здесь генуэзцам взяться? Не любят они наши воды.

— Да, холодновато им здесь. А что, интересно, англичанам от нас надо, чего так разоряются?

— Не знаю ваше сиятельство, не слышно же ничего.

— И я тоже ничего не слышу. Но не останавливаться же теперь, чтобы поболтать. Вестовой! Сбегай за командиром пушкарей.

Через пять минут примчался молоденький лейтенант.

— Лейтенант, шугани этих приставал. Из одного орудия. Да смотри не попади, а то с вас станется — когда надо, так всё мимо палите, а когда не надо и попасть сможете. Нам их топить ни к чему. Просто чтоб отстали.

— Сейчас сделаю, ваше сиятельство.

И умчался. Бестолковый. Учишь их, учишь. Нет, чтбы сказать: есть! Так нет: сейчас сделаю. И ведь это один из лучших. Эх…

Бабахнула пушка. Ядро упало метрах в 20 по курсу передовой галеры. Ага, поняли и стали отворачивать.

Ну и правильно, не топить же этих придурков. А вот если бы поговорил, мог бы и утопить. Они ведь, наверняка, опять бы права качать принялись: море де их и без их разрешения здесь ходить нельзя. А французы считают, что это море их. А нам тогда что, летать? Пошли они все! У кого пушки, того и море.

После этого, можно сказать курьезного, случая, никто нас больше не трогал. Фландрию проскочили так, что я и не заметил. И вот, наконец, Зееланд.