Договорился с мастерами о выпуске зеркал различных размеров, вплоть до совсем маленьких, ручных. В корпусах и из серебра, и из бронзы, и из дерева.
В начале июля прибыл наконец отец Бенедикт. С грамотой от императора. Теперь я граф фон Линдендорф унд фон дер Марк унд фон Лимбург. Вот так. Расту, однако.
Собрался и отправился в Лимбург. Теперь уже как настоящий хозяин. Надо показать грамоту бургомистру и магистратским, чтобы все в городе, а потом и во всём графстве, знали, что я их настоящий граф, утверждённый императором и это навсегда.
Чтобы никаких глупых мыслей в головах не появлялось. Особенно у городских. Города сейчас такие, ведут себя просто безобразно. Постоянно бунтуют. То к другому сеньору пытаются перебежать, то вообще о полной своей свободе объявляют. А недавно, в 1381 году вообще возник союз рейнских городов, куда вошли Франкфурт, Вормс, Майнц, Страсбург и другие. И заключили они союз для борьбы как раз с такими, как я, с аристократами и своими сеньорами. Так что пока на городских давить не буду, пусть попривыкнут ко мне.
Тем более, что меня в Лимбурге и не будет, там будет наместник сидеть, такой же как и они горожанин и с ним они всегда общий язык найдут.
В этот раз спешить было некуда, так что плыли не спеша. Устроили себе речную прогулку. Погода прекрасная, река, лес вокруг. Красота. Даже устроили небольшой пикник на Ленне. Нашли красивое место с большим песчанным пляжем и приткнули струг к берегу. Несколько человек тут же рванули в лес и через полчаса притащили пару подсвинков.
Разожгли костры и стали их жарить. А мы расположились на пляже. Мы — это я, Ирма и Элдрик с молодой женой. Элдрик взял жену по моему приказу, чтобы лимбуржцы видели, что их благородных не перебили, а относятся к ним вполне нормально, даже замуж берут и не простые люди, а ближайшие сподвижники их нового графа. Девчонку звали Астрид фон Неллер и сейчас она испуганно жалась к Элдрику. Почему испуганно? Потому что его сиятельство, граф фон Линдендорф, решил охладиться и сейчас с наслаждением плескался в речке, в новомодных шёлковых труселях.
Мало того, затащил туда же их милость Ирму, которая радостно и громко визжала. Провда баронесса была в длинной камизе, но всё равно это жутко неприлично. Да ещё и всем известно, что в реках водятся водяные, русалки и прочая нечисть. А этим двоим хоть бы что. Потом мы вылезли на берег и переоделись. Я прямо на берегу — а чего мне стесняться? Никаких изъянов у меня нет.
