Лерка. Второе воплощение

Я хотела его спросить, чего там и как, но он лишь устало буркнул, что потом и совсем перестал отзываться. А через ещё одно мгновение я открыла глаза, чувствуя, как Люц подо мной по-прежнему мерно вышагивает.

После случившегося Мидах не отзывался почти полдня, а потом объявился, рассказав мне не очень приятные вещи.

Теперь становилось и вовсе непонятно, что происходит. То ли меня угробить хотят, то ли всё-таки Эйнара, ведь как-то он оказался в пустыне. Не думаю, что он там по собственному желанию, особенно если учесть, что в момент, когда его увидел Мидах, Асвальд тусовался с местными рабовладельцами.

Подробности дух не стал расспрашивать, но общую суть уловил.

Своё появление перед компанией пустынных жителей Мидах показал мне мельком, но мне хватило, чтобы понять, что его появление произвело настоящий фурор. Ещё бы, кто угодно перепугается до икоты, когда перед тобой из воздуха выпрыгивает здоровенный кошак, у которого когти и клыки внушают нешуточное уважение. В итоге отделались малой кровью.

Эйнар молодец, быстро просёк всё, хотя в первое мгновение и сам, по-моему, перепугался. Зато потом, узнав Мидаха, по-быстрому соорудил легенду, что это, якобы его дух-хранитель, великое божество, которое пришло отомстить им за его неудобства. И если они и дальше будут упрямиться, то божество их всех по-быстрому употребит в пищу, разнообразив свой божественный рацион. Жителей песков такое впечатлило, поэтому они шустро всё организовали.

Что именно они там организовали, я так и не поняла, но, видимо, у Эйнара было с ними явное разногласие в чём-то, а Мидах оказался весьма весомым аргументом в пользу Асвальда.

Дальнейшее Мидах мне не показал, так как и сам не видел, потому что вернулся ко мне.

Но, главное, это то, что самочувствие моё улучшилось, а энергия перестала утекать, словно кто-то забыл закрыть краник.

Уже ближе к вечеру я чувствовала себя так, будто ничего со мной и не происходило.

— Что это было? — спросил Ренольд, подбрасывая в костёр хворост.

Мы сейчас остановились на ночлег.

Дождь вроде как прекратился, поэтому мы все сидели на брёвнышках, тихо-смирно уплетая наваристую кашу. Ноли с Оланом, будто бы соревнуясь, готовили каждый раз всё вкуснее и вкуснее. Как это им удаётся, вопрос остаётся открытым. Вряд ли кто-нибудь когда-нибудь узнает, как из обычной каши сделать весьма недурной шедевр полевой кухни. Причём у нас нет особо никаких специй, лишь травы и вяленое мясо.

Сунув в рот ложку каши, принялась жевать, кивая.