Лерка. Второе воплощение

Почему мы не вышли и не приняли бой? А зачем? Неизвестно, кто там снаружи, сколько их, нужны ли мы им живыми или и головы сойдут. При таком объёме информации будет опрометчиво просто выходить наружу, надеясь, что пронесёт. Поэтому лучший способ — отступление. Но нужно будет обязательно как-нибудь собрать информацию о том, кому мы помешали.

Я нервничала, так как ничего сейчас поделать не могла. Полная темнота, дышать становилось с каждой минутой всё тяжелее, так как воздух кончался. Да и тот, что был, назвать нормальным было нельзя из-за всё более сильному дыму.

А потом впереди послышался шорох. Я не стала отставать, чувствуя, как начинаю задыхаться.

Под конец я буквально вывалилась на мокрую землю, сразу же спохватываясь и затихая. Не хватало ещё нашуметь.

— Элбан, страхуй всех, иначе кто-нибудь да выдаст нас, — прошептала, старательно сдерживая кашель. Надеюсь, они там не задохнутся раньше времени.

Гимрин сидел неподалёку и тяжело дышал. Оказывается, разговор с железом, да ещё и переплавленным в скобы не такая простая работа.

Минут через пять все мы уже были снаружи. Рели чуть ли не потеряла сознание, поэтому Ренольд, который и сам выглядел не лучшим образом, поддерживал девушку под локоть.

— Уходим, пока они не вошли и не бросились нас искать, — шепнул Элбан, сверкая своими жутковатыми глазами.

Все переглянулись и засеменили следом, старательно пригибаясь.

Углубившись в лес километров на пять, остановились. После нашей пятиминутной стоянки мы шли ещё часа два.

Ещё через полчаса нас нашёл Люц, который тут же кинул мне парочку картинок: в одной он славно поохотился, а во второй недоумевал, что мы в лесу, а не в том месте, где много двуногих.

Увидев его, остановилась и повернулась ко всем остальным.

— Лошади, — выдохнула я. — Мы оставили там лошадей.

Удивительно, но о них мы вспомнили только сейчас. Занятые побегом, беспокойством о том, чтобы нас не нагнали мы упустили из виду такой важный и очень нужный момент.

Ренольд выдохнул и обернулся.

— Да, — кивнула, потерев ладонью шею. — Тем более мы всё равно не смогли бы их забрать. Кстати, тут недалеко есть ручей. Можем напиться и искупаться. Почему-то у меня всё тело чешется, будто я не на одеяле спала, а прямо на сене. Даже как-то странно.

— Слава Богам, я больше так не могу. Мне кажется, у меня всё тело превратилось в один сплошной колючий комок.