Лерка. Второе воплощение

По внешнему виду, конечно, не скажешь, но кто его знает, что за смазливой внешностью скрывается.

Я и в прошлой жизни влюбчивой не была, да что говорить, мне так и не удалось испытать на своей шкуре этого "светлого чувства" — попросту не успела. Нет, мне, бывало, кто-нибудь нравился, но до громкого слова "люблю" так и не доходило.

Внешность у Эйнара что надо, но влюбляться только в неё? Это несусветная глупость. А этой болезнью, надеюсь, я никогда не была поражена.

— Ба, не усложняй. Просто появился замечательный повод, наконец, попутешествовать.

При чём тут любовь и прочая сложная ерунда? Эйнар симпатичен мне, я не скрываю, но о любви в общепринятом понимании речи быть не может.

— Ох уж эти твои мудрёные речи, — бабуля покачала осуждающе головой. — Не пристало девице выражаться так сложно. Ну, да ладно, тебя не переделать, — она окинула меня недовольным взглядом. Ещё бы. Я была в самом своём простом и удобном платье, не понимаю, что ей не нравится, на мой взгляд платье весьма симпатичное и отвечает всем канонам местной моды.

На ногах новые походные сапожки, которые я берегла как раз до этого момента. Волосы я подвязала не ленточкой цветной, а самой обычной верёвочкой, которой мы обычно мешки с мукой обвязываем. А что, она крепкая, и в случае чего можно использовать для нужного дела, а пёстрые ленты меня совершенно не привлекают. Некоторые пряди, которые были короче других, всё же выбивались, но я уже привыкла, поэтому они мне совершенно не мешали. — Точно решила?

— Точно, — кивнула, закидывая в рот остаток булочки и принимаясь жевать набитым до отказа ртом.

 — Лошадку я себе уже прикупила. Даже не пытайся узнать, где я взяла денег, всё равно не скажу. Эйнару только дай знать, что выезжать можно, так он тут же залезет на свою зверюгу и вспоминай, как звали. А что ты хочешь, у него дело важное в столице, торопиться надо, а тут я задерживаю его. Так что, бабуль, давай ты просто согласишься со мной, и всё.

Подойдя к своей старушке, обняла её, укладывая подбородок на плечо. Как бы там ни было, но эта женщина заменила мне мать в этом мире.

За семнадцать лет я полюбила и её, и своего деда. Они многому меня научили, и я, несомненно, искренне благодарна за это, но оставаться и дальше в этой затерянной на краю империи деревеньке у меня не было никакого желания. Мир огромен и я хочу его увидеть.

— Ладно, останавливать тебя бесполезно, — она высвободилась из моих объятий и отвернулась, но я успела заметить, что её глаза блестели от слёз. — Сейчас, погоди.