Лерка. Второе воплощение

Лекарей всегда ценили, побаивались, уважали, поэтому можно было надеяться, что сразу меня в казематы не потащат, решив, что я шпионка какая.

— Лекарь? — парень ещё более удивился. — И что вы тут делаете… лекарь?

Хоть губами он и не засмеялся, а вот в глазах поселились смешинки. Ясно, не верит. Как обычно. И почему люди настолько узколобы, что не желают отходить от собственных стереотипов? Раз лекарь, значит, должен быть противным старикашкой, которому уже за грань пора?

— Ищу информацию, — приподняв подбородок, обошла аристократа сбоку и посмотрела на человека, который тут явно был за библиотекаря.

И как я раньше не подумала, что тут кто-то вроде обязательно будет? — Любезный, не могли бы вы подсказать мне, где я могу найти информацию о таких вещах, как 'слеза дракона' и 'посох друида'.

Парень на это лишь обернулся и, сложив руки на груди, наблюдал за мной, чем немного выводил из себя. Вот чего ему надо? Шёл бы по своим, несомненно, жутко важным делам и не мешал мне.

Нет, это же так забавно наблюдать за мной. Хрен с тобой, звездочка пернатая, смотри сколько влезет.

Библиотекарь стрельнул глазами в парня, и, видимо, получив от него утвердительный кивок, засуетился.

— Прошу за мной, госпожа, — выйдя из-за стойки, он запахнулся сильнее в свою хламиду, поправил нечто, напоминающее монокль на носу, и потопал в сторону стеллажей, заставленных книгами. — Так, так, друиды, друиды, драконы… — бормотал он себе под нос, посматривая на книги и морща лоб.

Явно вспоминал, где у него подобное лежит.

— А не расскажите мне, для чего вам такая информация? — парень-аристократ догнал меня и пристроился рядом, с интересом посматривая то на меня, то на библиотекаря. Его высокомерие во взгляде практически растаяло, но вот осанка и гордо вздёрнутый подбородок по-прежнему говорили о благородности крови. Удивительно, у меня вроде как тоже прямая спина, но я больше чем уверена, что никогда не буду производить такое впечатление.

— Пожалуй, и расскажу, — благосклонно кивнула я.

Странно, первый испуг прошел и во мне поселилась некое упрямство, которое так и нашёптывало, что я просто обязана доказать этому человеку, что я самый натуральный лекарь, натуральней только кофе, оставшийся в прошлой жизни. — Видите ли…

— Ренольд, — подсказал он мне, когда я запнулась.

— Лера, — представилась, замечая, как Ренольд чуть нахмурился, будто услышал что-то знакомое, но никак не мог вспомнить.