Леший в погонах

Опыт у девочек колоссальный, не спорю, но операция сейчас проводится очень важная, и риск к ее провалу надо сводить к минимуму». Всегда, когда к партизанам летали самолеты, даже планеры с грузом, пилоты получали пароли, которые знали лишь те, кто их встречает. Нередко груз и самолет минировались, и пилоты, поняв, что встречающие не называют правильный отзыв на пароль, взрывали и самолет, и себя. В этом полете пароль и отзыв знал лишь Буторин.

– Слушай меня внимательно! – строго заговорил оперативник, когда летчица сообщила, что они вышли в нужный квадрат и она будет искать костры.

 – Это приказ, и он не обсуждается! Когда сядем, ты, пока горят костры, разворачиваешь машину, а я выбрасываю груз и прыгаю сам. И ты поднимаешь машину и уходишь. Все!

– Вы думаете, что нас могут встречать не партизаны?

– Не обсуждать! – резко сказал Буторин. – Это приказ, товарищ лейтенант!

– Есть, товарищ майор, – отозвалась девушка немного капризным голосом и добавила: – А если это не те? Что, я вас бросила, получается? А если не будет возможности взлететь?"

"– Вы в армии или в детском саду? Приказ развернуться и взлететь.

Если не будет возможности, тогда и будем решать.

Летчица замолчала. Что там творилось в ее голове, Буторин не знал, но ему хотелось верить, что девушка выполнит приказ.

Неожиданно летчица подняла руку и стала указывать вниз пальцем. Буторин перегнулся и увидел огоньки, цепочку мерцающих огоньков. Теперь за дело. Тюк, который необходимо передать партизанам, лежал у него сбоку под ногами и был пристегнут ремнями к кабине, чтобы во время болтанки его не выбросило наружу.

Буторин отстегнул ремни, попытался поднять груз. Вполне можно положить себе на колени и выбросить, когда самолет станет разворачиваться. Если будет где развернуться! Самолет лег на крыло и стал выходить на круг. Костры горели хорошо, ветра почти не было, не видно было, как он высекает искры внизу. Значит, условия для посадки нормальные, они ушли от грозового фронта.

И вот У-2 вышел на освещенную кострами полосу.

Земля приближалась, она набегала, вот уже кроны деревьев все ближе, стена леса поднимается по бокам, а костры все отчетливее. Теперь хорошо видно, что костры разложены в два ряда, а между ними расчищенная полоса. Толчок – и снова самолет в воздухе! Еще толчок колесами – и машина покатилась, чуть подпрыгивая на неровностях почвы. Буторин крутил головой, пытаясь рассмотреть, что творится вокруг, не бегут ли к машине люди.