Лесная ведунья 3

И вдруг улыбнулся маг, и сказал вполголоса:

— Ты светишься… светлая, теплая, добрая. Я это раньше чувствовал, а теперь — вижу.

Улыбнулась неловко, да и сказала как есть:

— Прости, я не со зла.

Не понял Агнехран, не осознал еще, огляделся по сторонам, на Водю поглядел, на Гыркулу, на Далака, на чертей, на лешего, а затем, голосом севшим да хриплым, спросил потрясенно:

— Веся, что ты сделала?

— Да ничего, — ответила невозмутимо.

Поднялась, платье отряхнула, клюку призвала, и развернувшись, к избушке своей направилась неспешно.

— Веся!!! — прогремел раскатом грома голос Агнехрана.

Эхом ему вторил его не слышавший Данир, и тоненьким испуганным голоском позвал он:

— Агнехнран… Агнехранушка!

Испугался видать совсем, болезный.

А я по лесу шла. По своему лесу Заповедному. С улыбкою на лице, с миром в душе, с теплом в сердце. По тропе моей олени переходили, да завидев меня головы склонили почтительно, пропуская и пути не препятствуя. Встречные волки взирали уважительно, тоже склоняли головы.

А потому что победа это была. Наша общая победа, и в сплоченном торжеством справедливости лесу пробуждалась своя, особая магия. Лес из Заповедного превращался в Волшебный, Сказочный, Магический. Крепли деревья, сбрасывали хвори звери, спели ягоды, и ныне круглый год плодоносить станут, как и яблоневые сады, что посадила.

Я все это чувствовала, сердцем чувствовала, душой, магией своей, но так чтобы понять точно, что происходит-то, это… в общем не знала я что это.

От того ударила клюкой оземь, да открыла путь к Дубу Знаний.

Огляделась воровато, к дереву волшебному подошла быстро, по коре постучала, пробуждая, да и запрос озвучила:

— Книги нужны на тему «Лес особенный магический».

И приготовилась. Ко всему приготовилась. К тому, что пошлет меня сейчас Дуб лесом, полем, морем… в общем далеко пошлет. К тому, что Лесная Силушка заявится. К тому, что книг по заданной теме вообще не окажется.

Только вот меньше всего ожидала, что откроется дверца в Дубе том, и появятся как миленькие — одна стопка книг, вторая, третья, четвертая, пятая… на тринадцатой я сбилась. Да и устала уже — стопки книг древних приходилось забирать, и на землю укладывать. Устала я в общем вскорости!

— Горшочек, не вари! — воскликнула испуганно.

Дуб застыл, оскорбленный видимо.