Лесная армия

– Вот это добре, – бормотал Безуглов. – Вот это дело. Нет чтобы с самого утра так…

Павел привалился к борту, закрыл глаза. Машина тряслась, гремели и лязгали борта. Все, что они делали, было малопродуктивно, сомнительная капля в море. Крепли опасения, что переодетая вражеская группа уже двое суток в городе, затаилась, приготовилась гадить – а может, уже гадит. Ладно, хоть узнали о ее существовании. Могли и не узнать…

Три версты пролетели незаметно. Уже сгущалась темнота, когда машину остановили для проверки у северного въезда в город.

Жилых домов поблизости не было, лишь основательно потрепанные фабричные корпуса. Здесь находился стационарный пост: шлагбаум, караульное помещение в придорожной сараюшке. Вдоль обочин – баррикады из мешков с песком, ручной пулемет Дегтярева. Службу несло отделение красноармейцев из 5-й механизированной бригады под командованием рослого старшины.

Бойцы остановили машину, приказали предъявить документы. Бумаги водителя оказались в порядке.

– Все нормально, товарищи офицеры, можете не спускаться, – сказал ефрейтор, разглядев в полумраке корочки СМЕРШа, – счастливого пути.

– Нет уж, мы спустимся, – Павел первым покинул машину. Остальные тоже повалили с борта. – Ты хорошо рассмотрел наши удостоверения? А если липа, и махровый враг под видом офицеров проникает в город, чтобы устраивать диверсии в советском тылу? Ты в курсе, что немецкая разведка научилась подделывать наши документы, да так, что и советские специальные типографии позавидуют?

Ефрейтор растерялся.

Подбежал усатый старшина Осипов, молодцевато отдал честь.

– Службу несем без замечаний, товарищ майор, – отрапортовал он. – Все по уставу, проверяем людей и машины согласно инструкции. К сожалению, ночевать приходится посменно в этом сарае – дежурим по четыре человека, людей у нас не хватает…

– У людей ваших не хватает, – проворчал Караган, покрутив пальцем у виска. – Халатно относитесь к обязанностям, товарищ старшина.

– Я не понимаю, товарищ майор… – у старшины забегали воспаленные глаза – этим людям действительно удавалось спать урывками.

– Кто дежурил две ночи назад? – спросил Кольцов. – Время – от четырех до шести утра? Чтобы через минуту стояли здесь.

Он придирчиво осмотрел прибывших из караулки бойцов. Двое – молодой и постарше. У второго слезились глаза, он с трудом подавлял зевоту. У молодого топырились уши, но на вид он казался смышленее.

– Красноармеец Баранов, – представился старший.

– Красноармеец Ильин, – представился молодой.