Из четырех десятков своей ближней дружины Зимобор с трудом собрал два, еще два дали остатки дружины князя Велебора. Некоторые из нарочитых мужей сами собрали дружины, например Добробой, пославший с князем своего сына Ранослава. Красовита сам Зимобор пригласил с собой, и тот согласился, желая доказать делом, что их род не держит зла на нового князя и искренне готов ему служить. Красовит снарядил в дорогу три десятка кметей, еще по полтора-два десятка привели Корочун и Любиша, а Предвар собрал четыре десятка воев – своих родовичей и всяких разных, кто пожелал.
Полсотни удалось набрать в ближайших к Смолянску поселениях. Мужики довольно охотно шли в поход – зимой дома было делать нечего, только напрасно проедать хлеб, а князь обещал кормить в пути и выделить каждому долю собранного.
Таким образом, собралась дружина числом больше двух с половиной сотен. Не так много, чтобы воевать с чужой землей, но для похода по своей должно было хватить.
Обыкновенно смолянские князья, отправляясь в полюдье, поднимались вверх по Днепру до реки Осьмы, от Осьмы по притоку спускались к верховьям Десны, там сушей шли до реки Хмары, по Хмаре спускались до Сожу, а по тому поднимались до самых истоков, откуда оставалось сухим путем до Смолянска около пяти верст.
С Каспли, благодаря торговому пути давно освоенной князьями, дань присылали сами нарочитые мужи.
По старинному обычаю, местные общины должны были кормить княжьих людей в то время, что они проводят на их земле: собственно говоря, уже много веков назад из сбора на общеплеменные жертвоприношения полюдье превратилось в способ для князей содержать свои дружины.
С каждой общиной имелся уговор, сколько людей князь имеет право привести и как долго может оставаться на одном месте. Теперь же каждое гнездо из расположенных вдоль Днепра просило о пересмотре условий, ссылаясь то на истощение пашен и исчезновение свободных лесных участков под палы, то на голодные годы, уменьшившие число работников. Припасов было так мало, что в каждой волости останавливались на лишних несколько дней: собрав небогатую дань, кмети разъезжались по лесам на охоту и забрасывали рыбачьи снасти под речной лед, чтобы хватило еды на следующий переход.
Иначе все собранное пришлось бы проесть по пути, и полюдье превратилось бы в совершенно напрасную двухмесячную прогулку по зимним лесам."
"Смоляне, как и прочие племена славянского языка, жили небольшими родовыми поселками. Населенные родичами и расположенные поблизости друг от друга веси составляли гнездо.
