Набитые травой чучела возле костра, плюс пара срубленных деревьев обозначили нечто вроде полускрытого лагеря. Ну, а подальше, тщательно замаскировали свой любимый ДШК - может удастся сбить хоть одну низколетящую цель. Никто не понимал, почему Межов охотился за летающими объектами, но приказы не обсуждались и не осуждались. Жираф, по всем правилам, видит дальше - вот пусть и умничает!
Под утро развели костёр, потом перевели его в дымное состояние. А куда ""Шторьх"" денется от лакомства? Когда разведчик вызвал подкрепу - стало ясно, что бой будет идти под углом.
Пока польские истребители скидывали по четыре бомбы - по ним ударили сразу из двух стволов. К пулемёту присоединился ""яша"", так что одному, правда наискосок, досталось крупным калибром - самолёт вошёл в пике и уже не вышел из него. Бежать пришлось очень швыдко, так как второй начал расстреливать всё подряд. Кроны, конечно, скрывают, но не защищают ни от пуль, ни от снарядов. Рыбаков и Межов, не желая бросить пулемёт, вообще тащили его на руках.
Хорошо, хоть успели подальше убраться - через двадцать минут прилетел трофейный PZL.37 Lo's и вывалил с высоты триста метров порядка двух с половиной тонн бомб!
Больше с такими летающими слонопотамами решили не связываться - всему есть мера и противника следует подбирать по плечу. А самолёты уничтожать на земле, чтобы они не могли туда-сюда шлындать на скорости. На всякий случай, пока свой разведчик отсутствовал, приготовили операцию против аэродрома, который к востоку.
Тот, что возле Себрицы, трогать рискованно пока - силёнок маловато, а немца много.
Андрей Локтев отсутствовал десять дней, но вернулся с прекрасной добычей - картой, испещрёной множеством пометок в районе железной дороги и рокадной трассы.
- Партизан возле Себрицы и Бреста пока нет, окруженцев тоже. Порядка пятидесяти километров на восток от них - только немцы. Кстати, непуганые!
- Еду нашёл? - прицепился Межов, как будто это самое важное.
- Ещё какую, только отобрать придётся. Вот здесь и здесь есть хутора местных кулаков. Так они затеяли помощь фрицам, ездят по деревням и выбивают еду. Немец-то не знает пока, куда селяне свои припасы прячут, а эти прекрасно осведомлены.
Вон оно как, оказывается есть и местные рэкетиры, собирающие дань в пользу Старшего Брата-освободителя! Семейства большие, мужчин много, а фашисты таких и оружием, и сопровождающими снабжают.
