Лесной князь

Только сперва выпьете отвар с медом.

Он что-то намешал в деревянной чашке и поднес к девушке. Катя проворно села сама, пытаясь избежать его руки, которая уже намеревалась помочь ей подняться. Иван нахмурил брови, но промолчал. Она выпила отвар и поблагодарила его.

После того как она поела Иван по-свойски уселся на кровать рядом с ней и откинул одеяло.

– Теперь Ваши ноги, – сказал он так мягко, что Катя испуганно воззрилась на него.

Русые густые волосы его были грязны и как обычно взлохмачены. Темная борода покрывала большую часть широкоскулого лица, оставляя совсем немного открытого места.

Суровое лицо оттеняли его живые темно-зеленые глаза в окружении темных бровей и ресниц, делая его облик чуть мягче. Сильный мужской запах, который исходил от него, постоянно раздражал Катюшу. И она размышляла, моется ли этот человек когда-нибудь? Ногти его были обломаны и грязны, словно у дикого зверя. Повадки резки и грубоваты. Однако иногда, в основном, когда он перемещался по избе, девушка с удивлением отмечала некую выправку, которая делала его фигуру статной и величавой. Но такие моменты бывали так редки, что быстро исчезали из памяти девушки.

Катюша, откинувшись на подушку, послушно терпела прикосновения его сильных рук на своих ногах. В те моменты, когда его ладони добирались до начала ее бедер, девушка отчетливо ощущала тепло и силу его пальцев. Смущенная, бордовая от стыда она лежала с закрытыми глазами и напряженно пыталась считать долгие мгновения. Хотя это процедура была неимоверно неприятна Кате, но она боялась ослушаться Ивана.

Она видела, что при малейшем ее неповиновении он раздражался. К тому же она неистово хотела поправиться и, наконец, покинуть этого странного человека, общество которого вызывало в ней чувства опасения и тревоги.

Иван в очередной раз прошелся рукой вниз по ее ножкам и спросил:

– Где Вы чувствуете?

– На коленях, – прошептала тихо девушка, не открывая глаз.

Он тяжело вздохнул и, взяв из баночки еще немного мази, продолжил свое действо. Хаотичные страстные мысли Ивана терзали его существо.

Всеми силами он пытался не показать своего неистового волнения. Вид обнаженных прелестных ног девушки, до того смущал его и раздражал его существо, наполняя его тело яростным желанием, что Иван старался напрячь руки как можно сильнее, дабы не показать Катюше, как они дрожат. Он попытался направить свои мысли в другом направлении и заставил себя подумать о насущных делах. Вот уже две недели как он не ходил на охоту.