Лесной князь

Медленно и очень ласково он провел рукой по ее темной косе сверху вниз. Невольно замерев от его прикосновения, и натянувшись словно тетива, девушка перестала ощипывать птицу.

– С этой косой Вы, словно девочка, – гортанным проникновенным баритоном произнес Иван. Его рука двинулась дальше вниз, и переместилась на ее спинку. Катюша, растерянно смотрела перед собой, боялась повернуть к нему лицо. Странные слишком интимные прикосновения этого мужчины привели ее в стопор, и она не понимала, зачем он это делает.

Отчетливо ощущая его горячее дыхание на своем затылке, она пытаясь разрядить напряженную обстановку которая возникла между ними, испуганно выпалила:

– Мне бы миску, для перьев.

Иван медленно убрал руку, которая уже почти достигла низа ее спины и, вздохнув, тихо произнес:

Спустя пару часов они впервые вместе сидели за небольшим дубовым столом и трапезничали. На ужин Катюша под цензорским взором Ивана, который то и дело указывал что ей делать, сготовила гречневую кашу с небольшими кусочками мяса из того самого глухаря, которого ощипала чуть раньше.

Иван пересадил ее к печи, и девушка, чуть привставая на колени, вполне умело смогла и поправить в печи огонь, и помещать кашу. И теперь они сидели напротив друг друга, и Катюша, раскрасневшаяся от печки, с аппетитом поглощала ужин, стараясь поменьше смотреть на Ивана Алексеевича. Ибо его пристальный, какой-то темный пытливый взор не оставлял ее ни на минуту, неимоверно смущая ее. Через какое-то время он вымолвил:

– Я затопил баню, скоро она будет готова.

Вам надо помыться.

Услышав его последнюю фразу, Катя удивленно вскинула на него глаза и спросила:

– Да. Я отнесу Вас в баньку и попарю Вас хорошенько, чтобы вся хворь вышла. А то Вы уж больно сильно кашляете, – объяснил он. Хотя Катюша просто безумно жаждала помыться, но слова Ивана вызвали в ней недоумение. После его слов в ее головке нарисовалась какая-то непристойная картина с его участием.

– Вы что ж хотите меня сами парить? – выдохнула она удивленно, округлив глаза.

– Конечно, – просто ответил он.

Катя зарделась, словно алое яблоко.

– Это совсем не допустимо!

– Отчего же? Вы еще слишком слабы и я помогу Вам вымыться, – заявил он властно.

– Я не пойду с Вами в баню! – тут же выпалила Катюша, сверкая на него непокорными глазами и думая, что он, конечно же, шутит. Ибо это было просто не приемлемо, чтобы она мылась при нем в бане. И, конечно же, никакая ее немощь не оправдывала этого.