Лесной князь

Однако вовсе выйти из баньки он не смог. Босой, в штанах и в простой выпущенной рубахе он остался стоять в прохладном предбаннике. Прислонившись мощным плечом к двери он, скрестив руки на груди, начал прислушиваться к тому, что происходило в моечной и парилке.

Спустя четверть часа он услышал, как полилась вода, и понял, что Катюша, видимо посидев в парилке, начала мыться. Вмиг представив в своих возбужденных мыслях картину, как девушка намыливает мочалом из соломы свое белое тело, Иван задрожал от бешеного возбуждения.

Жгучее навязчивое желание – войти теперь в моечную, овладело им. Яростно стиснув ладонью ручку двери, он до боли сжал скулы, пытаясь удержать себя от поступка о котором бы потом сожалел. Он понимал – Катюша слишком невинна и чиста, чтобы он вел себя с ней подобным развязным образом, но его жаркие полные вожделения помыслы не давали ему расслабиться даже на минуту.

В какой-то момент он услышал, что она перестала лить воду. Уже через миг, Словно что-то надорвалось в нем, и Иван быстро схватил свой тулуп.

Накинув его на плечи и, не застегивая, он подхватил медвежью накидку и рванул дверь. Почти влетев в моечную, он впился алчным взором в стройную белую фигурку девушки. Она сидела на скамье, лицом к нему, обнаженная и, подняв руки вверх, пыталась закрутить в пучок влажные длинные пряди волос на голове. От его неожиданного появления, Катюша испуганно ахнула. Она стремительно скрестила ручки на груди и стиснула свои ножки сильнее вместе, пытаясь прикрыть от его горящего взора, свои нежные девичьи округлости и промежность с небольшим темным треугольником волос. Ее волосы рассыпались по плечам мокрыми темными прядями. Иван видел, что чистая рубашка лежит на противоположной лавке.

– Я еще не закончила, – промямлила она испуганно, устремив на его мрачное бородатое лицо нервный взор.

– А я уже устал ждать, пока Вы тут намоетесь! – выпалил он зло. Быстро схватив ее чистую рубашку, он сделал к ней шаг и протянул ей вещь. Катюша была вынуждена отцепить одну руку от груди, и выхватила из его руки рубашку.

Он стремительно прижала вещицу к своему обнаженному телу и взмолилась:

– Вы бы могли выйти?

– Нет, не мог бы, – процедил он с вызовом, в наглую уставившись на нее.

Катюша бледная от стыда с пунцовыми горящими щеками, затравленно посмотрела на его высокую фигуру, которая находилась так близко от нее, что ей стало не по себе. Она видела, что его темные глаза неотрывно скользят по ее лицу на девичью грудь и вниз на ее ножки.