Лесной князь

Катя, видя его молчаливое недовольство, которое так и сквозило во всех действиях Ивана, старалась угодить ему или же тихо сидела в своем углу на кровати. После первой недели этого напряженного молчания Иван стал немного приветливее с Катюшей и начал говорить с ней односложными фразами типа:

– Я на охоту, приду к вечеру…

Обрадованная тем, что он начал разговаривать с ней, Катюша с охоткой отвечала ему и даже заставляла себя изображать спокойствие и умиротворение на своем бледном личике. Но покоя в ее душе не было.

Эта невозможная зависимость от этого мрачного непонятного мужчины, была ей так омерзительна, что она изо всех сил пыталась не податься панике и играла перед ним роль – смирившейся пленницы.

Спустя некоторое время, Иван стал общаться с девушкой, в прежней вежливой манере первых дней, но за одним исключением – его слова и действия перестали быть соблазняюще- ласкающими, как это было раньше. Кате казалось, что он совершенно не смотрит на нее и, при разговоре с ней в его голосе слышалось безразличие.

Она видела, что его поведение по отношению к ней изменилось. Он стал вежливым и до крайности уважительным, без малейших намеков на плотскую агрессию. Катю это сначала настораживало, а затем девушке стало любопытно. Отчего Иван совершенно не пытается соблазнить ее?

В конце января стало немного теплее, и Иван предложил Кате погулять. Она с удовольствием согласилась и он, легко подхватив ее на руки, вынес девушку на улицу. В тот первый день она находилась на улице всего четверть часа.

Иван заявил, что Катя очень долго не была на улице и оттого надо постепенно привыкать к морозу. Все пятнадцать минут он осторожно держал девушку на руках, с не проницаемым без эмоций лицом. Катя же, ощутив свежесть морозного дня, жадно вдыхала ароматы елей и мерзлых ягод, лишь жмурясь от неяркого зимнего солнца. С тех пор Иван ежедневно стал носить Катю на руках на улицу. Он сколотил из досок небольшую короткую лавку, на которую сажал девушку во время прогулок. Сам же или стоял рядом или продолжал заниматься повседневными делами.

Наступил февраль. Но жизнь Кати не менялась. Ноги так и не слушались ее, Иван так и продолжал держаться с ней холодно и отстраненно, а настроение девушки ежедневно портилось лишь от одного вида избушки, в которой она просыпалась каждое утро.

Сидя на деревянной лавке на улице около избы, Катюша зябко ерзала в теплой лисьей шубке. В это время после ужина Иван обычно выносил ее погулять.