– Я тебя предупредить должен. Маменька у меня человек непростой. С характером. Так что, ежели она тебе вдруг скажет чего, ты уж не бери в голову.
– Да ладно тебе, – отмахнулся Руслан. – Все одно меня дома целыми днями не бывает. Сам знаешь, я туда только ночевать прихожу.
– Много сделать успел? – оживился майор.
– Пять десятков гранат и три десятка мин к мортире. Ты кислоту заказал?
– Везут уже.
– Вот это славно. В общем так. Теперь у нашего отряда еще и два своих миномета имеется, при трех десятках снарядов к ним.
В общем, если что, любую банду серьезно потрепать можем.
– Кто еще о том ведает? – подобрался Рязанов.
– Ты, я и казаки наши. Все.
– Вот и славно. Такое оружие в тайне держать надо. Это может стать нашим последним козырем.
– Ого! Это как понимать прикажешь? – тут же вскинулся Руслан.
– Турки на армянской границе давить начали. И в Грузии тоже. Людей режут почем зря. Одно спасение – веру их принять. Тогда отправляют к мулле и заставляют обряд обрезания пройти. А нет, так под нож сразу.
– А женщин? – мрачно уточнил Руслан.
– Тех на базар сразу, – отмахнулся граф.
– Средневековье какое-то, – тихо проворчал Шатун. – А войска чего?"
"– Пытаются пограничье перекрывать, но там, сам знаешь, горы. А в горах воевать линейные части не приучены. Да и проводников мало.
– А нас это каким боком касается? – задумчиво уточнил Руслан. – Нам вроде свою делянку нарезали.
– Угу. Да только после наших победных реляций и кучи жалоб из городской управы там, – Рязанов ткнул пальцем куда-то в потолок, – уже подумывают, как бы и то направление на нас повесить.
– Здрасьте, приехали! Армения с Грузией это ни разу не соседний уезд. Это ж всем отрядом сниматься надо и уходить отсюда. А кто тогда в лавке останется?
На хозяйстве? Да и мало нас для таких дел. Всего-то два десятка.
– А то я не знаю, – фыркнул Рязанов. – Но идея такая уже бродит. Похоже, кто-то из тех, кому мы на мозолях потоптались, решил таким образом нас под монастырь подвести.
– Это уже не образом, а канделябром, – буркнул Руслан, припомнив старый анекдот.
– Неужели Татищев на такое согласится? В конце концов, мы не линейная часть, а отдел контрразведки.
– На то и надежда, – вздохнул Рязанов.
– Странно это все, – помолчав, вздохнул Шатун.
– Что именно тебе странно?
– Что контрразведка занимается подобными делами. Да, я понимаю, что на данный момент в округе не хватает линейных частей, но это не значит, что на нас можно вешать всех собак. Надорвемся.
