Лестница в Эдем

В дархе что хлюпнуло, и острая короткая боль, пройдя по мечу, ужалила Мефа в запястье.

Трынг схватился за дарх.

– Хватит! – крикнул он с испугом.

– Хватит так хватит!

Меф круговым ударом рубанул его сбоку по шее, обратным движением подсек ногу и, обозначив добивающий укол в голову, отошел на безопасное расстояние.

– Я же сказал: довольно! Я тебя порву, щенок! – прорычал Трынг, грузно садясь и пытаясь нашарить отлетевший меч.

Когда же нашарил, на клинке неожиданно обнаружилась нога Арея."

"– На сегодня достаточно, Трынг! Ты нам очень помог! Предоставим Гопзию честь лично убить молодого человека.

Ты не возражаешь? – вежливо спросил начальник русского отдела.

– Не возражаю! Но я просил его остановиться! Сосунок едва не расколол мне дарх! – мрачно сказал Трынг.

Арей посмотрел на Мефа.

– В чем дело, синьор помидор? Что за спонтанное буйство?

– Мне сказали: не верить – вот я и не верю! – пояснил Меф, не отрывая от Трынга настороженного взгляда. Хотя нога Арея и не собиралась покидать тренировочного меча, никто не мог помешать Трынгу призвать основной свой клинок или попытаться метнуть нож.

Однако Трынг, сообразивший, что на стороне Мефа Арей, уже унял свой гнев. Он сухо ответил на поклон Арея и исчез, напоследок без восторга посмотрев на Буслаева и проворчав, что в следующий раз поединок будет на настоящих мечах.

– Я нажил себе врага? – озабоченно спросил Меф, когда там, где стоял Трынг, остался лишь сизый дымок.

Арей поморщился.

– Не думаю, что стоит заморачиваться по этому поводу.

– Почему?

– Спроси у своей светлой.

Она, уверен, знает ответ, – насмешливо посоветовал мечник.

Меф перевел взгляд на Дафну. Она стояла бледная, но решительная, с флейтой в опущенной руке.

– Насмехаетесь? – спросила она у Арея.

– Да нет. Просто мне забавно послушать, что ты скажешь.

– Забавно – так слушайте! Запомни, Меф: мрак изначально враг всему живому, а раз так, то не имеет смысла бояться какой-либо сугубой мести. Волки, ворвавшиеся в сарай, режут всех овец без разбора, а не какую-нибудь одну, особо досадившую им своим блеяньем.

Ссоришься ты со злом или нет – не имеет значения. Оно ненавидит тебя уже заранее, просто потому, что ты существуешь. Слугам мрака доступны только два чувства: ненависти к тем, кто еще не побежден, и глубокого презрения ко всем прочим, – твердо произнесла Дафна, не отрывая взгляда от Арея.

Ноздри начальника русского отдела едва заметно раздулись. Он наклонился и, подняв меч Трынга, вернул его на подставку с учебными клинками.