Во-первых, деколонизация середины XX века застала эти страны с сильными средствами принуждения (армии и оружие, оставшееся от двух мировых войн), но с очень слабым капиталом. Во-вторых (и это самое главное), «великие державы» перешли к войне чужими руками, вмешиваясь в конфликты по всему третьему миру с целью приведения к власти «своих» правительств. Вследствие этого армии стран третьего мира стали воевать не столько между собой (как некогда европейские державы), а с политическими противниками внутри своих собственных стран (и по большей части – за счет иностранной военной помощи).
Военные стран третьего мира не нуждались в услугах гражданской бюрократии – им не требовалось (да особо и не с кого было) собирать налоги. В результате военные правительства так и остались основной формой политического устройства для этих зависимых и несамостоятельных стран.
Третий мир надолго застрял на докапиталистической стадии развития, и совершенно непонятно, как он будет оттуда выбираться[838].
Как видите, размышляя над одним (и казавшимся довольно простым) вопросом – «Почему европейские государства с совершенно разной историей оказались в конечном счете так похожи?» – Тилли в своей книге выявил закономерности, относящиеся уже к теории Власти. Вечная проблема – какая из двух форм предпочтительнее, монархия или олигархия? – оказалась рассмотрена в терминах «принуждения» и «капитала».
Тилли убедительно показал, в каких случаях союз с «капиталом» (прежде всего, добровольное соблюдение договоров) оказывается единственно возможным способом выживания государства (а значит, и контролирующей его властной группировки). Тем самым он объяснил, как столь странное положение дел (чтобы сильный добровольно делился со слабым? вы что, с ума сошли?) не просто может возникнуть, но и становится преобладающим в европейской истории.
Поскольку для человека западной культуры полезность соблюдения договоров – аксиома[839], усвоенная с детства, Тилли не формулирует свой ответ в явном виде, но все содержание его книги подробно разъясняет, насколько полезным для государств является «капитал».
