Лето не вечно

А другой работы в округе нет.

– Говорите, обещаю, что никому ничего не расскажу, – пообещала Ульяна.

– Незадолго до этого они поругались…

– Кто?

– София и Люда.

Ульяна уточнила:

– То есть Бойко и Зудина?

– Да.

– Что было потом?

– София подошла к Люде. – Женщина подняла голову и впервые взглянула в глаза Ульяне. – Знаете, так близко-близко, и что-то сказала.

– Слышали, что именно?

– Нет. На кухне шумно, все вокруг гомонили.

– Как отреагировала Зудина? – спросила Ульяна.

– Она оттолкнула Софию.

– И что сделала та?

– Схватила полотенце и столкнула кастрюлю с кипятком прямо на Люду.

Обычно Ульяна с легкостью представляла возможные ситуации, но детали этой истории в ее воображении не выстраивались. Ответная реакция Бойко была несоразмерной поступку Зудиной.

– Можете подтвердить, что Бойко намеренно обварила Зудину?

– Миленькая, пожалейте меня! – Женщина мелко затрясла головой и сжалась в комок. – Тимофей Петрович сказал: если кто-нибудь пикнет…

– А при чем здесь Тимофей Петрович? – насторожилась Ульяна.

– В чем дело? – поинтересовалась Ульяна.

– Ни в чем, – мрачно ответил он. – Мне нужен мой нож.

– Я работаю. Возьмите другой нож на кухне.

– Не могу. Я работаю только своим. – Клевцов распахнул шкаф, достал деревянный футляр и, открыв его, закричал: – Кто посмел?!

Уборщица вжалась в стул и затряслась от страха. Едва ворочая языком, она попросила:

– Можно я уйду?

– Идите, – разрешила Ульяна и встала из-за стола: – Что случилось?

– Нож украли! Что же еще?! – проорал Клевцов.

В кабинет заглянула Руднева, пропустила в дверь испуганную уборщицу и спросила:

– У вас все нормально, Ульяна Сергеевна?

Увидев за ее спиной любопытные лица поварих, та приказала:

– Войдите, Ольга Францевна, и закройте за собой дверь. – Подождав, сообщила: – Тимофей Петрович не может найти свой нож.

– Не могу найти?! – проревел Клевцов.

– Я, – спокойно проронила Ульяна.

– Вы не в счет.

– Когда вы видели свой нож в последний раз?

– Не помню!

– Выходит, редко им пользуетесь?

– А это не ваше дело.

В ответ на откровенную грубость Ульяна предположила:

– Или нож был всего лишь поводом?

– Для чего? – Клевцов настороженно замер.

– Для того, чтобы войти в кабинет и разузнать, что здесь происходит.