Его глаза сверкнули, и я вдруг растерянно осознал, что этот смешной нелепый человечек был взят Прежним в свою личность вовсе не по родственным связям – плевать Прежним на отцов и детей, и не смеху ради – плоховато у них с чувством юмора. Каким бы мирным литературоведом он ни был в прошлой жизни, но человеком был очень неоднозначным. – Ты не должен был вообще ввязываться во все это, но раз уж влез, то сам исправляй! Только ты сможешь!
Словно для убедительности он еще несколько раз потряс меня. Так, что у меня что-то в шее хрустнуло, у обычного человека точно бы позвонок сломался.
А потом, отпустив, растерянно посмотрел на свои ладони.
– Хорошо, – сказал я. – Хорошо, только вы меня больше не трясите так, ладно?
– Простите… простите, Максим… Супермакс…
– Мы опускаемся, – сказал я.
Тучи были уже где-то совсем близко, а горизонт выпрямился.
Что же это получается, Высшему хватило эмоциональных слов Андрея, чтобы перестать выпрашивать помощь?"
"Или он получил что-то, чего я сам еще не понял?
– Не знаю, что на меня нашло… – извиняясь, произнес Андрей.
– Максим, я прошу меня простить, накатило…
Я хотел было сказать, что на меня так накатывало, когда в меня вселялся Высший. Но не стал. Хватит с него волнений.
– Ничего страшного! – воскликнул я, когда мы нырнули в мокрый серый ком облаков. – Вы правы, мне надо думать самому, а не искать подсказок!
Кажется, Андрей успокоился.
– Галстук я уронил, – вздохнул он. – Сгорит в плотных слоях атмосферы… Как мне к Жене-то идти, без галстука?
– Он у вас на шее, – сказал я.
– Очень хорошо завязан, кстати.
Андрей скосил вниз глаза, приподнял разноцветную ленту, хмыкнул.
– Да… а еще пятно от портвейна исчезло… хотя и незаметное было, но очень любезно с вашей стороны… благодарю, Супермакс…
У меня были очень серьезные сомнения в том, что мой Высший хоть как-то был к этому причастен. Но спорить я не стал.
Мы вынырнули из облака и плавно опустились на то же самое место, откуда нас выдернули к звездам.
Так плавно, что я не сразу осознал, что под ногами уже твердая земля.
– Как хорошо, как хорошо-то! – воскликнул Андрей. Рухнул на колени и стал целовать землю. Не картинно, а искренне, словно космонавт, вернувшийся после года на орбите, или моряк, выброшенный штормом на берег. Я все-таки отвел взгляд – и обнаружил стоящую метрах в десяти пожилую женщину, оторопело глядящую на нас.
Ну точно – наблюдала спуск из поднебесья.
