Милана подняла на нее затуманенный взгляд. Встала, подхватив малыша тэни в охапку, пошла за Дариной.
– Выберетесь через окно, – сказал я. – Как только они войдут. И убегайте от центра города!
Я махнул рукой, указывая направление.
Дарина замотала головой. Милана все так же задумчиво смотрела на меня. Ребенок засунул в рот палец и увлеченно его сосал."
"– Там открывается портал, – кивнул я в направлении центра. – В парке, рядом с памятником Соразмерности, километр триста метров от нас, до открытия тридцать две минуты.
Гвардейцы оттесняют Измененных, те уходят. Десантные боты ждут на окраине, у разрушенной эфирной фабрики…
Я замолчал.
Откуда я это знаю?
Все эти памятники, фабрики… минуты и километры…
Что-то изменилось.
Что-то кипело во мне, менялось, но не так, как я привык.
Все иначе.
Я чувствовал бушующую энергию, но будто придавленную крышкой. Ядерный реактор, в который опущены замедляющие стержни. Широкая река, перегороженная плотиной.
Образы, только образы. Неясные тени того, что со мной происходит.
Попытка разума осмыслить то, что не предназначено для человеческого сознания.
– Мы не уйдем, – просто сказала Дарина. Встряхнула руками – из пальцев выдвинулись короткие когти. Жница посмотрела на них с удивлением, словно не ожидала, что это получится.
– Мы тебя не бросим, – произнесла Милана.
Я застонал, осознавая, что мне их не переспорить.
А еще ужаснее было понимать, что Форт все-таки дал мне третий Призыв. Но он не сработал.
Девушка из Форта не зря спросила: «Стер?» – с таким недоверием.
Ничего Высший не стирал.
Заблокировал. Наглухо.
Оставил какие-то крохи, обрывки.
Я не смогу принять третий Призыв.
Из соседней комнаты донесся шелестящий звук, шепот маленьких лапок, когда несколько фрагментов чистильщика вбежали внутрь.
Вбежали и замерли.
Потом послышался писк, радостный и возбужденный. Чистильщик почуял добычу.
– Бегите! – выкрикнул я, уже не таясь. Схватил Милану за плечи и потряс. – Бегите!
Послышался новый звук, быстрый, словно что-то стремительное ворвалось в помещение.
В следующий миг случилось все сразу.
Дарина шагнула к дверям, слегка наклоняясь в боевой стойке жниц. Взгляд Миланы прояснился, будто она очнулась от забытья.
А маленький тэни вынул палец изо рта, протянул руку и прикоснулся к моему лбу.
Плотина во мне хрустнула и раскололась.
Мир застыл и утратил цвета.
Стал черно-белым, как рисунок в книжке.
Утратил объем.
Превратился в двумерную схему, где двигался только я.
