Летос

— И ты это знаешь потому, что…

— Постой-ка. — Охотник за головами, с квадратной челюстью, развернул ее к себе. — Начнешь вопить и звать на помощь, мы не при делах. И марки тебе уж точно не видать как своих ушей.

Она сделала все от нее зависящее, чтобы им стало понятно, как сильно она хочет получить золотую монету.

— Я поняла. — Лавиани продолжала играть испуг. — Туда.

Она планомерно заводила их в заброшенные кварталы, как можно дальше от возможных свидетелей. Старалась не торопиться, хотя вот-вот должны были опуститься сумерки.

А где сумерки, там и ночь. А где ночь, там и заблудившиеся. У нее не было желания переполошить город синими огнями.

Дом с дырой в деревянном заборе она приметила, еще когда проходила мимо него в прошлый раз. Нежилой, с худосочным одичавшим вишневым садом и заколоченными окнами. Во дворе уже лежали густые, холодные тени, с каждой минутой расползавшиеся все больше.

— Это здесь. Платите.

— Не так быстро. — Рука на ее плече не ослабла ни на секунду. — Декар, проверь.

Мужик в кожаной шляпе извлек из ножен длинный, зловещего вида аринийский кинжал, стал медленно приближаться к дому.

Не дойдя до двери, остановился, обернулся.

— Врет, — заключил он. — Здесь давно никого нет.

— Слева пристройка, — глухо сказала она. — Мне незачем врать. Мне нужны деньги.

Она почувствовала, как тот, кто держал ее, положил левую руку на кинжал. Лавиани тихонько захныкала.

— Поной мне тут! — зло сказали ей на ухо. — Глянь, есть ли там следы.

— Посмотри. Хочу быть уверен. Эрбеты не станут платить за слухи.

Лавиани резким движением сорвала хват со своего плеча и в развороте ударила охотника четырьмя пальцами под мечевидный отросток грудины. Она увидела, как округляются его глаза, как открывается рот в беззвучном крике, и, оставив человека наедине с его болью, бросилась к Декару.

Тот встретил ее цветистым оскорблением, завершившимся тычком кинжала. Вот только Лавиани уже была сбоку и с хладнокровием мясника погрузила спрятанный до поры нож в мощную шею, перебивая яремную вену, общую сонную артерию и блуждающий нерв.

Удар был столь четкий, мастерский и эффективный, что ему бы позавидовали даже танцоры с быками Треттини, признанные мастера валить на арене зверей одним точным уколом.

Человек сразу же упал, со всей силы ударившись лицом о землю. Вокруг тела начала растекаться маслянистая лужа крови. Лавиани быстро посмотрела на темнеющее небо. Вроде успела.

Проверила карманы — пусто. Так что просто вытерла нож об одежду покойника.