Летос

— А как же воскурения, молитвы Шестерым, погребальные обряды и прочее? — подначила ее сойка.

— Мы не на материке. Здесь, на островах, все суровее и проще. Люди умирают, и их зарывают в землю. И не устраивают вокруг этого события ритуалов, которые считаются правильными на юге. Смерть часть жизни. Не важно, как ты умрешь и как тебя похоронят. Важно, чтобы это случилось не ночью.

Справа раздался всплеск, и в бот впились светло-зеленые, очень длинные, похожие на барабанные палочки пальцы с узловатыми суставами, перепонками и синюшными ногтями.

Над бортом появилась голова с мокрыми, бесцветными волосами, которые липли к впалым щекам и низкому лбу. Рыбьи глаза с интересом уставились на Тэо, затем она заметила Шерон, и ее лиловые губы растянулись в глупой усмешке:

— Вдова! Я вижу это.

Указывающая побледнела, но ее лицо осталось холодным. Она сказала гостье резко:

Но та лишь хихикнула и прошелестела:

Лавиани, потеряв терпение, ударила ножом по вцепившимся в борт пальцам, и те, будто щупальца осьминогов, упали на дно лодки.

— Зачем ты это сделала?! — В ее голосе слышалась ярость.

— С детства не переношу это племя! — с яростью произнесла сойка, брезгливо вытирая нож от нечеловеческой крови. — Не знаю, как насчет гвинов, но с уинами асторэ точно ошиблись.

Голова морской жительницы появилась далеко от ботика и крикнула:

— Скоро ты умрешь! Как и все другие, кто туда пошел! А я отнесу твой череп в свою перламутровую раковину, и в твоих глазницах будут жить рыбы!

— Тварь! — Лавиани покидала отрубленные фаланги пальцев в море.

— Ты понимаешь, что сделала? — Лицо указывающей пылало от гнева.

— Заткнула ее? Ага. Именно. Но спасибо от тебя я, кажется, не дождусь.

— Она может привести других, и они нападут на нас. Перевернут лодку…

— Успокойся, девочка. Уины охотятся на людей только во время штормов.

— Если их не задевать!

— Ни одна из этих мокрых куриц не тронет нас, пока рядом акробат.

— При чем здесь я? — По виду Тэо было понятно, что он, как и Шерон, далек от одобрения спутницы.

— У тебя метка. Они чувствуют ее. Иначе бы не вытащили из воды. Так что никто не станет нас топить. А твой муж, значит, попал в загребущие лапы этого племени, девочка?

— Не хочу об этом говорить, — ровным голосом произнесла Шерон и отвернулась.