Летос

Он оттолкнулся копьем от земли, точно шестом, быстро работая ногами в буквальном смысле взлетел по отвесной стене и, когда почувствовал, что притяжение тянет тело вниз, резким рывком переднего сальто преодолел последние полтора ярда, оказавшись на вершине.

Используя копье вместо балансира, он побежал поверху, оставив мэлгов в дураках. Но и они не растерялись. Первый бросился к стене, подставляя плечи и спину для второго, а тот для третьего. Пружина не стал ждать, когда они заберутся следом, спрыгнул вниз, перекатом гася скорость и избегая переломов, отмечая про себя, откуда раздается звук рожков.

Время сжалось, ему казалось, что прошла минута, хотя по ощущениям, по тому, как выступил пот и отзываются мышцы, акробат понимал, что бежит уже больше получаса. Усталости пока не было, дыхание оставалось глубоким и ровным. Он мог продолжать играть в догонялки в том же темпе еще час и собирался дать Шерон и Лавиани столько времени, сколько потребуется.

Дорогу вниз — влажную скалистую тропку, спускающуюся каскадом, словно большие ступени, — они нашли не сразу.

Указывающая поранила пальцы, хватаясь за мокрые острые камни и колючие ветки кустарников.

Когда они с Лавиани спустились на половину глубины пропасти и бурлящее море приблизилось, грозно дыша в лицо, впереди появилась каменистая площадка. До упавшей башни оставалось несколько десятков шагов.

Сойка, рискуя на ненадежных камнях, изучала противоположную сторону.

— Странное место, девочка. Словно земля раскололась пополам, и брешь заполнило море!

— Возможно, так и было. Здесь бушевала магия.

— Смотри! Целый город сполз вниз!

За «мостом» узкая пропасть расширялась, превращаясь в огромную котловину, затопленную беснующимся морем, едва способным пробиться сквозь груду камней, построек, дворцов, крепостных стен, домов, храмов, колонн. Лавиани завороженно смотрела на древнюю часть Талориса и поэтому не сразу увидела то, что находилось совсем рядом.

Он сидел рядом с вершиной башни-моста, упавшей и расколовшейся. Исполинский, в пять человеческих ростов скелет. Шерон застыла, пораженно расширив глаза, глядя на вытянутый, но так похожий на человеческий череп, на клиновидную грудную клетку с мощными широкими ребрами, на огромные руки. Он был угольно-черный — настолько, что поглощал свет, наводняя осколки этого мрачного места бесконечным ужасом. Лавиани наконец-то тоже заметила его и тихо выругалась.