Летос

Затем побрела вдоль берега к скалам, подальше от поселка.

Шорох гальки за спиной заставил ее обернуться.

— Разумное решение — все закончить до наступления ночи, — произнесла Лавиани. — Заблудившиеся… это такая головная боль.

— Не стану спорить. — Клеро, держа в руке фальчион, остановилась недалеко от нее. — Как ты узнала, что я здесь?

— Собаки всегда тебя не любили, — солгала та, и ученица Шрева хмыкнула, не веря. — Где ты потеряла Квинта, девочка?

— Он решил пока не показываться тебе на глаза.

Это тоже было враньем.

У каждой сойки есть уникальная способность. Квинт мог выслеживать жертву по видимым только ему следам. Клеро умеет сращивать сломанные кости лишь касанием. Шрев… она не знала, что может правая рука Борга. Ее умением было чувствовать других, таких как она, если те оказывались поблизости. И вечного спутника Клеро рядом не было.

— Смотри, чтобы он не заблудился, — насмешливо сказала Лавиани. — Этот прыщ не в состоянии найти собственную задницу. Ты вечно возишься с ним, точно мамаша.

— Сейчас тебе стоит подумать о своих бедах.

— Ну, надо полагать, ты пришла, чтобы их разрешить. Как там Шрев, желает меня видеть? Живой, или достаточно лишь головы?

— Головы будет достаточно.

— Так я и думала. Но с этим у тебя возникнут сложности, Клеро. Как ты понимаешь, моя голова совершенно не желает расставаться с шеей.

— Порой нам приходится поступать вопреки воле других.

— Тебе стоило бы стрелять в меня из арбалета, а не болтать.

— Не было под рукой. К тому же люблю смотреть в глаза тому, кого я отправляю на ту сторону.

Лавиани устало вздохнула:

— Странно, что Шрев отправил тебя одну. Это на него не похоже. С Квинтом у вас были шансы, но когда ты в одиночку — не уверена, чья голова окажется в корзине с солью.

Черноволосая сойка улыбнулась:

— Ты старая. Старше моей матери. И уже не та, что прежде. Иначе бы не бежала от нас через весь мир. Я ничего не имею против тебя, Лавиани. Но Ночной Клан хочет, чтобы ты умерла. Это всего лишь моя обязанность.

— Понимаю, — мягко произнесла та и улыбнулась, показывая, что совсем не держит зла на свою собеседницу.

 — Я не могу одобрять того, как ты поступаешь по жизни, девочка, но мы с тобой никогда не враждовали. В память о золотых денечках я даю тебе возможность уйти. Возвращайся в Пубир. Скажи, что не нашла меня. В этом нет ничего зазорного.

Клеро покачала головой:

— Шрев не простит мне, что я сдалась. Да мне этого и не хочется. Ведь знаешь, я не сторонюсь убийств. А ты — просто лакомый кусок.