— Что?
Но сестра не отвечала. Она сидела на диване, словно громом пораженная. И, вцепившись в старый, в плюшевой обложке журнал, беззвучно шевелила губами.
— Что с тобой?
— Иди сюда! Посмотри сам!
Леня подошел.
— Зачем ты закрываешь снимок руками? Я же ничего не вижу.
— Смотри.
И Лара убрала одну руку. Леня пригляделся и даже присвистнул от изумления.
— Ни фига себе! — вырвалось у него. — Да это же…
— Вот именно! — перебила его Лара, все еще загораживая руками часть снимка. — Ты узнал? А теперь посмотри, кто стоит рядом?
И она убрала и вторую руку.
— Ну? Кто эта женщина?
— Мать Ирины!
— Вот именно! Понимаешь теперь, в чем тут дело? Они были знакомы! Больше того, они были близки! Вот почему лицо этой женщины показалось мне знакомым! Я видела ее! Точно видела. В детстве!
— И что же это доказывает?
— Я пока что и сама не понимаю, — призналась Лариса. — Но точно знаю человека, который может и должен помочь нам."
"Обратно на дачу брат с сестрой вернулись уже к вечеру.
Дом стоял какой-то унылый и пустой. Родители были на работе. Несмотря на случившееся несчастье, они не могли позволить себе прогуливать службу. Дома была одна лишь бабушка.
Марфа Сергеевна вышла из дома, чтобы приветствовать внуков. Но одного взгляда на их встревоженные лица ей хватило для того, чтобы понять: случилось что-то еще! Что-то очень и очень скверное.
— Вы что-то узнали?
— Узнали, бабушка.
— И находимся в большой растерянности.
— Может быть, ты нам объяснишь, что все это значит? — произнесла Лара, вытаскивая из сумочки найденную в квартире Ирины фотографию.
Марфа Сергеевна зябко передернула полными плечами, закутанными в шаль.
— Проходите, — произнесла она. — Расскажите мне все, что вы узнали.
И пока внуки поглощали пирожки с грибами и рисом, печь которые была такая мастерица Марфа Сергеевна, она рассматривала фотографию, которую выложили перед ней Лариса с Леней.
— Да, я прекрасно помню и эту женщину, и ее историю, — произнесла она наконец.
— Она работала на кафедре у вашего деда.
— Она была его любовницей?
— Ваш дед был святой человек. Все его мысли были устремлены в науку. Он не сознавал, что существуют корыстные, жадные люди. А эта женщина была именно такой. Конечно, она сильно нуждалась. Но со стороны это выглядело очень некрасиво. Сколько я себя помню, она всегда требовала себе дополнительные премии, тринадцатые зарплаты и оплачиваемые выходные дни.
