Едемте.
Следователь некоторое время с интересом смотрел на нее.
— Куда? — спросил он затем.
— Как куда? — с достоинством спросила она. — В тюрьму! Я совершила убийство и призналась вам в нем. Мое письменное признание лежит на столе. Вот оно. Возьмите. Не уверена, что оно написано по всем правилам, которые требует ваш протокол. Но я готова переписать в любой удобной для вас форме. Поедемте.
Но, несмотря на настойчивость старой женщины, следователь медлил увести ее за собой. Он стоял, нерешительно перебирая листки с исповедью в совершенном убийстве.
А потом вдруг сказал:
— Дорогая Марфа Сергеевна. Я безмерно восхищен вашей храбростью и готовностью к самопожертвованию. Но тюрьмы у нас и без того переполнены. Всех этих правонарушителей приходится кормить и поить. И совсем ни к чему сажать на шею государству еще одну пожилую нахлебницу. К тому же в своем преступлении вы уже признались. И помещать вас в следственный изолятор нет никакой необходимости.
— Так что же? Вы оставляете меня дома?
— Во всяком случае, до суда вы останетесь дома.
Думаю, что прокурор, узнав все обстоятельства вашего дела, согласится со мной. И никаких проблем в связи с этим у нас не возникнет.
И, произнеся эти слова, следователь сгреб со стола листки с признанием Марфы Сергеевны и вышел прочь. Немного погодя в темноте заурчал двигатель его машины и зашуршали шины. Но спустя несколько минут все стихло. И в опустевшем вновь доме остались лишь внуки со своей старой бабушкой.
Состоявшееся несколько месяцев спустя судебное заседание присудило Марфе Сергеевне пять лет условного заключения.
Ее подробная и чистосердечная исповедь тронула судей. И учтя более чем преклонный возраст ответчицы, а также моральный облик потерпевшей, бабушку оставили на свободе.
Как ни странно, эта ужасная история сделала семью Дубовых только еще более сплоченной и дружной. Они сумели простить друг другу былые ошибки и обиды и снова выступают против всех жизненных трудностей единым фронтом.
Узнав о том, что за фрукт была Ирина, к Ларисе вернулся ее Коля.
Он просил прощения столь искренне, что девушка согласилась вновь попытаться полюбить его. Ведь судьба ее бабушки и родителей ясней всяких слов говорила о том, что членам одной семьи нужно уметь понимать и прощать друг друга. Только тогда семья действительно останется тем, чем ей и положено быть. Семья. Семь — Я! И больше прибавить тут просто нечего.
Марина Крамер
Шрам
Мой ангел-хранитель либо вечно пьян, либо просто впал в кому.
