Летучий корабль

Хотелось просто слушать его тембр, даже не задумываясь над тем, что она говорит.

— Поподробнее, пожалуйста. — Я суетливо полез в планшетку за блокнотом, потом вытащил карандаш, уронил, опять достал из-под стола. — Вы… не обращайте внимания, присаживайтесь, говорите, я слушаю.

— Что говорить-то? — лучисто улыбнулась она, а мне почему-то захотелось, чтобы мои сотрудники подольше не возвращались.

— Давайте с самого начала. Как вас зовут?

— Олёна.

— А меня Никита… в смысле, Ивашов Никита Иванович, начальник лукошкинского городского отделения милиции.

— Да уж наслышаны, — еще раз улыбнулась девушка, осторожно присев на краешек лавки. — Я сама-то из дальней деревни буду, а здесь у тетушки на воспитании нахожусь. Родители мои по весне померли, так тетя меня к себе и забрала. Я им с дядюшкой по хозяйству помогаю: в лавке убираюсь, с детишками ихними сижу, к работе домашней сызмальства приученная. А от матушки на память колечко было малое, красного золота с розовым камушком.

Иногда только надевала в церковь сходить или на гулянья какие… Вот сегодня утром в храме свечи за упокой душ родительских ставила, обратно через базар возвращалась… прихожу в лавку, глядь — а на руке нет кольца…

— Ну, ну… не надо слез, гражданочка… — Ее глаза предательски заблестели, а я не знаю, как себя вести с плачущими женщинами. — Не волнуйтесь, мы обязательно найдем вора и вернем вам вашу собственность. На базаре, говорите? Я давно собирался навести там порядок.

Вспомните, пожалуйста, у этого колечка были какие-то особые приметы?

— Нет вроде… ободок золотой, обычный, а вот камушек ровно в серединке цветка пятилепесткового лежит.

— Это уже примета. Так, записал… Значит, сегодня я направляюсь со стрельцами проверить некоторые особо криминальные места вроде Кобылинского тракта. Если что-нибудь найдем, где мне вас искать?

— Кожевенная лавка у Колокольной площади, недалеко здесь, — охотно пояснила она, вставая и поправляя сарафан.

 — Только дядя у меня очень уж строгий, вы в ворота не стучите, там рядышком встаньте — я сама выбегу.

— Еще удобнее, — сразу согласился я, перспектива встреч под присмотром бдительных родственников меня не грела ни грамма. Девушка по имени Олёна попрощалась и, улыбнувшись, ушла. Я прыгнул к окну, ревниво глядя, как дежурные стрельцы откровенно пялятся ей вслед, а потом с долгим вздохом растянулся на лавке.