Мэтью уже собирался вернуться на виллу, когда Хадсон окликнул его:
— Подожди минутку!
Мэтью остановился. Хадсон помедлил, прежде чем снова заговорить. Мэтью показалось, что он хочет сказать что-то очень важное, но не знает, как это выразить. Откашлявшись, он расправил плечи.
— Это прозвучит очень странно, но… это касается Камиллы. — Он снова помедлил.
— Продолжай, — подтолкнул Мэтью.
— Это касается Камиллы, — повторил Великий. — Мне кажется, я ее знаю.
Мэтью приподнял брови.
— В каком смысле?
— С первой минуты, как я увидел ее в тюрьме, и она заговорила… я подумал, что уже встречал эту женщину.
Где-то. Но это же невозможно, не так ли?
— Неужели? — улыбнулся Мэтью. — Я уверен, что у тебя было множество приключений, о которых я ничего не знаю и не уверен, что хочу.
— Я могу заверить тебя, — с нажимом произнес Хадсон, — что я никогда в жизни не встречал Камиллу Эспазиель, и все же… у меня такое чувство, что она мне знакома.
— Может быть, ты встречал кого-то, кого она тебе напоминает?
— Нет, дело не в этом.
Я бы запомнил, — он слабо улыбнулся. — Мэтью, я еще не настолько плох, чтобы такое забывать.
— Я ничего подобного и не говорил.
— И все же… ты думаешь, что испытывать такие чувства — это безумие?
— Я думаю, что всему находится логическое объяснение, — сказал Мэтью. — Возможно, ты просто прежде ни с чем таким не сталкивался.
Улыбка Хадсона угасла. Он пожал плечами и поднял взгляд к небу, чувствуя, как капли стекают по его лицу. Затем он направился к вилле с сумкой для писем в руке, и Мэтью последовал за ним.
Трователло все еще сидел на прежнем месте и мрачно смотрел на огонь. Арканджело подошел и встал рядом с ним. Камилла села на один из стульев. Профессор Фэлл нетерпеливо разрезал яблоко из запасов маленьким ножом с костяной ручкой.
— Нашел на кухне, — сказал он, демонстрируя лезвие. — Кто бы ни владел этим местом, уезжал он в спешке. В шкафах осталась посуда и всякая утварь.
— Эта информация пригодится, если мы захотим устроить банкет и пригласить в гости тех, кто, вероятно, наблюдает за нами из леса, — пробормотал Хадсон.
Он отдал мешочек для писем Арканджело, выражение лица которого казалось Мэтью чем-то средним между недоверием и шоком. Вероятно, он все же услышал от Камиллы и Профессора историю о Киро Валериани и демоническом зеркале.
— Трователло сможет написать ответы на несколько вопросов? — спросил Мэтью.
Священник обратился к своему спутнику, который кивнул и поднялся со своего места.
