Lex

Мои первые мысли после того, как услышала ответ Оли: «Девушка? Девушка?! Девушка! У него есть девушка, а он меня целует и обнимает!!! Вот же гад!!! Я-то думала, он другой, не такой, как Адам, а он еще хуже!!! Да он лицемер! Перед Адамом строил из себя праведника, наказывая того за измену мне, а сам такой же! Девушка у него имеется, а лезет целоваться ко мне! Ну гад! Ну лицемер!!! Больше всего в жизни ненавижу лицемеров!

А перед Олей мне стало стыдно за то, что так просто сдала свои позиции и разрешила к себе прикасаться.

Я прекрасно поняла его маневр на инструктаже, когда сама попросила протянуть мне руки и взялась за них. Получается, он выполнил свое обещание не трогать меня, пока я сама не попрошу об этом. Зато теперь у него полный карт-бланш на все телесные прикосновения.

Но кто ж тогда знал, что у него есть девушка?! Пережить то, что пережила я после предательства Адама, я не пожелаю никому, тем более такой симпатичной и хорошей на вид девушке.

Меня больше всего расстраивало то, что мы с Адамом были друзьями пять лет, а он предал нашу дружбу. А тут ситуация несколько другая. Я, конечно, не знаю, сколько они вместе, но, определенно, они встречаются с тем, чтобы в будущем создать семью.

Так на кой черт я ему тогда нужна?!

И самое ужасное – теперь он причинит ей боль, а инструментом для этого буду я.

Не спорю, Лекс мне очень помог уменьшить боль от предательства друга/парня, отвлек так, что я об этом уже даже не думаю.

Но! Я не хочу, чтобы Оля стала переживать из-за меня, чтобы подумала, будто я претендую на Лекса. Поэтому я – студентка-практикантка, поэтому – дядя Леша!

Как же искривилось его лицо, когда я это сказала! Ха! Старичок ты мой! Стоп! Не мой! Чужой! И поэтому надо «делать ноги» отсюда. Решила попробовать намекнуть об этом Лексу, изображая легкомысленную девчушку, которой работа не по силам.

А этот ГАД завуалированно начал намекать на то, что я на него налетела у аэротрубы, что ответила на его поцелуй.

Ууу… выцарапать бы тебе сейчас глаза! Ну, погоди у меня! Я тебе еще покажу!

Начала говорить о своей профессиональной непригодности и излишней эмоциональности, закончив тем, что мне пора вернуться в отчий дом. Думала, прокатит и при Оле он не станет меня задерживать.