Lex

Мало того, что она утащила его за руку из зала, так теперь он силой хотел ее схватить и вернуть в свое общество!

«Пацан, тебе не жить! Как доберусь до тебя, пожалеешь, что даже помыслил ее трогать своими грязными руками!»

В этот момент ко мне уже подошла Эва, и заметив мое крайне негативное отношение к этому уроду, взяла мою руку в свои теплые и нежные ладони и провела большим пальцем туда-сюда, как бы стараясь меня успокоить.

«Хорошо, я еще поговорю с тобой, девочка. Дома».

Проходим обратно в зал, замечаю взгляд Макса, направленный на меня и на Эву, а потом на наши сплетенные пальцы рук.

«Слышь, друг! На свою девушку смотри. А на мою нечего».

Одергиваю себя, что за херня происходит? Почему мне не нравится даже то, что друг одобрил мой выбор спутницы на вечер? Что он на нее смотрит и оценивает. А то, что ее трогал руками какой-то пацан – заставляет злиться до скрежета зубов! И эту злость никак не могу контролировать, она просто взрывается в моем мозгу, не давая трезво мыслить.

Надо будет дома поразмышлять в тишине и покое.

Собравшиеся люди оккупировали все места вокруг сцены.

К нам подбежала девушка, работающая сегодня тут, и предложила Эве повязать на руку номерок, по которому ее вызовут на сцену для аукциона.

Вообще, идея такого благотворительного аукциона с девушками, пришедшими на мероприятие, родом из Америки, как и многое другое, что мы перенимаем с запада.

Но если у них все идет на благотворительность, то у нас – это отмывание денег.

Ставки на девушек невысокие, по договоренности с организаторами. Большими деньгами занимаемся после аукциона, подписывая некоторую документацию с указанием счета в Швейцарии.

А после наши бухгалтера «подчищают» все для налоговой и выбивают всякого рода льготы.

Эва явно недовольна, что ей вновь придется «продаваться». А меня все еще не отпустила эта ситуация с сосунком, поэтому я не позволяю ей отвертеться от этой миссии и немного в грубой форме объясняю, что цель оправдывает средства.

Где-то за пять лотов до Эвы, мне позвонили на мобильный охранники квартиры в Москва-Сити. Произошло что-то серьезное, иначе они не беспокоили бы меня.

Оставляю Эву, выхожу в коридор.

– Что случилось? – некогда размениваться на приветствия.

– Тут паренек пришел. Какой-то неадекватный. С Вами срочно хочет поговорить. Что-то по поводу Лики и Роберта какого-то.