Пальцами поглаживает попку, будто невзначай, и оставляет ладонь на ягодице.
– Все-таки Алик был прав, и я сама не справилась бы. Я без вашей поддержки – никто, – втягиваю губу изнутри и пытаюсь подавить предательский всхлип. – Я решила уйти из сферы дизайна. И больше не заниматься всякой ерундой, как говорят мои родные, а делать, что мне советуют.
Произношу эти слова, а у самой легкие всмятку и сердце вдребезги. Все внутри кипит и бурлит в знак протеста, но я стараюсь включить холодный рассудок. Пора взрослеть и поступать правильно.
Игры закончились моим полным проигрышем.
– Так, я не понял, что за слабачка вселилась в тело моей Рапунцель?
Вместо того, чтобы пожалеть меня, Лев гаркает с повелительными нотками. Вынуждает меня поднять голову и, прищурившись, возмущенно посмотреть на него. Открываю рот, чтобы возразить бесчувственному хаму, но тут же мой подбородок оказывается в цепкой хватке горячих пальцев, а губы попадают в плен страстного, откровенного поцелуя."
"Все мысли мигом выветриваются из головы.
Прижимаюсь к огромной скале, закидываю на Льва ножку, неосознанно потираясь об него, как кошечка. Откликаюсь на поцелуй, который становится все глубже. Мне почти нечем дышать. Пытаюсь глотнуть хоть каплю кислорода, но вместо этого из горла вырывается слабый стон. Тяжелая рука на моей попе сжимается, пальцы впиваются в ягодицу и сминают вместе с плотной тканью. Ощущение, будто одежда на мне воспламеняется и сгорает, а я абсолютно обнажена рядом со Львом.
– Мы о чем говорили? – томно мурлычу я, когда он открывается от моих губ.
С трудом разлепив глаза, любуюсь возбужденным мужчиной из-под полуопущенных ресниц. В его обезумевшем взгляде – огонь и похоть. Широкая грудь тяжело вздымается. Дыхание сбивается и рвется. Но Лев по-прежнему держится. Не нападает, хотя жертва давно повержена.
Забывшись и потеряв инстинкт самосохранения, я улыбаюсь и опять тянусь за поцелуем, а непослушные ладони сами ласкают мускулистый торс, барабаня пальчиками и заставляя каждую мышцу напрячься.
Ножка скользит по стальному бедру вверх, коленка упирается в пах, слегка поглаживая внушительный бугор.
– Ты рассказывала о своих планах… – с грудным рычанием выдыхает зверюга мне в губы. Поворачивается набок, обнимая меня двумя руками. Откашливается, тяжело сглатывает и заставляет себя продолжить: – О том, как подготовишь самую крутую коллекцию, – нагло лжет, зарываясь пальцами в мои волосы и перебирая пряди. Массирует затылок, шею.
