Учитель задумчиво кивнул, а затем подался вперед и спросил:
– Так что хочет сделать Шендан?
Он снова был слишком близко. Я отодвинулась и процедила, отчаянно пряча глаза.
– Вы же мне не верите.
– Попробую поверить, – серьезно ответил Ару. – Говори.
Я обвела взглядом комнату, и после этого выпалила:
– Уже десять лет Лиор Шендан работает на Сьезию и передает ей важные государственные сведения. Мой отец узнал об этом, но не смог добыть доказательства. Шендан обставил все так, чтобы на передаче документов поймали отца.
Всю мою семью обвинили в государственной измене и отправили на Железный остров.
Голос кровника остался бесстрастным:
– Почему их всех?
Я нервно сцепила руки на коленях и продолжила:
– Они знали о разработках отца. А я - нет. К тому времени я провела три месяца у постели своей бабушки, в Энгелате. Я вернулась домой на следующий день после ее смерти. Должна была сообщить скорбную новость отцу, но ворота оказались распахнуты. И внутри я нашла не свою семью, а жандармов. И… Лиора.
Ару продолжал спрашивать:
– Тогда с тобой работали менталисты?
– Они всех допрашивали, - кивнула я.
– Точнее, он был один. И он был на стороне Шендана. Их обоих интересовали только бумаги. Мои родные не сознались. Мама, папа, Сона, Винченцо, Алан, Альберто, Мауро… Их всех признали изменниками. А я и правда ничего не знала. Бесполезная пятнадцатилетняя дурочка. Поэтому из меня вытащили все, что могли, и оставили в покое.
Я рассказывала все это, глядя в пустоту. Воспоминания захватили меня, перед глазами стояли картины того дня.
Но Ару не позволил мне тонуть в них. Кровник решительно сжал мои плечи и заставил повернуться к нему. Я нехотя подняла взгляд на его потемневшее лицо.
– Что в бумагах? – требовательно спросил он. — Ты сказала, что чертежи. Какие чертежи?
Врать ему было также невозможно, как и сказать правду. Какое-то время я молчала, а затем беспомощно выдавила:
– Простите, но вам и правда не стоит этого знать. Я… Я не должна это рассказывать. Разработки отца - государственная тайна, тайна моего рода.
На его лице промелькнуло раздражение, но усилием воли учитель подавил его. А затем сухо произнес:
– Хорошо. Лиору нужны чертежи разработок твоего отца, чтобы передать их нашим соседям. Допустим, что это так.
– Вы мне не верите, - с горечью упрекнула его я.
– Шенданы слишком хорошо устроились у королевской кормушки, чтобы верить в то, что они - предатели, - признал кровник.
– Значит, сьезийская кормушка лучше, – огрызнулась я, сбрасывая его руки.
