А что я должен ей врать?
— Врать? — не поняла Настя.
— Ну, что я должен ей говорить? Я вообще кто? Твой муж?
— Ты — частный детектив из Москвы, к которому обратилась Валентина Евтеева. Зачем что-то выдумывать? Говори правду."
"— Это ты называешь правдой? — усмехнулся Леша. — Какой я, к чертовой матери, частный детектив? Слушай, мне твоя затея не особо нравится, может, все-таки лучше ты сама с ней поговоришь?
— Лешенька, — взмолилась она, — ну пожалуйста, я тебя очень прошу! Она со мной будет разговаривать абы как, лишь бы отвязаться побыстрее, и ничего вспоминать не станет, она даже не постарается вспомнить.
— А со мной, думаешь, будет не так? — с сомнением спросил он.
— Конечно, нет! Ты ей интересен, ты — незнакомец из Москвы, красивый, высокий, хорошо одетый, обаятельный. Ты пригласишь ее в кафе и будешь угощать коктейлем и пирожными, будешь говорить ей комплименты, и она захочет, чтобы ваш разговор продлился как можно дольше, а для этого ей придется постараться и вспомнить.
— Ну ладно, — вздохнул он, — уговорила. Теперь учи меня, как надо задавать вопросы, чтобы был толк.
— В первую очередь попроси ее вспомнить день, когда убили Дмитрия Васильевича…
Инструктаж занял примерно полчаса, после чего они отправились в сквер рядом с дельфинарием — именно там Лада Якушева назначила Алексею встречу.
И вот теперь Настя сидела в сквере и ждала мужа, который встретил девушку и повел ее на новую набережную пить кофе с пирожными. Время тянулось мучительно, и она от нечего делать принялась фотографировать многочисленных собак и кошек, бродящих по скверу как с хозяевами, так и без оных.
Кошки, судя по откормленности, имели постоянную прописку в точках общепита, а вот собаки были разные: и ухоженные, и откровенно бездомные. Особое внимание привлекла беременная сука невнятной породы, она показалась Насте необыкновенно выразительной. Собака лежала в песочнице перед маленьким домиком с треугольной крышей, края которой создавали необходимые для построения кадра диагонали, но проблема была в том, чтобы поместить саму собаку не в центр, а в место пересечения воображаемых линий, делящих кадр на девять равных прямоугольников, как того требовало «правило деления на три части», о котором Настя прочитала в учебнике по фотографии.
Как только Настя отходила в сторону и удавалось поместить собаку в нужную точку кадра, диагонали оказывались не на месте и портили всю композицию.
