Гость потянулся к карману, но Гусаров протестующе замахал руками.
— Не надо, не надо, к чему этот официоз. Вы только скажите, что случилось? С кем-то беда? С Люсей? С Ленькой? С Мариной? С Сашкой? С кем-то из внуков?
— С вашими близкими все в полном порядке, — улыбнулся Торцов. — Мне нужно поговорить с вами о Ларисе Кротовой. Вы ее помните?
Ангелина Михайловна, стоявшая тут же, чуть сознание не потеряла от волнения. Следователь интересуется Ларисой! Почему? Зачем? Что произошло? И в любом случае надо сделать все возможное и невозможное, чтобы остаться и поприсутствовать при разговоре.
Это с ней и Виленом можно увиливать и не отвечать на вопросы, а со следователем так не получится и придется рассказывать всю правду. А ей, Ангелине Сорокиной, услышать эту правду жизненно необходимо.
— Ну конечно, мы помним Ларису, ведь она была нашей соседкой, жила в квартире на нашем этаже. Но только это было так давно… — растерялся Гусаров. — Что мы можем знать о ней?
Следователь Торцов мягко улыбнулся.
— Вы позволите мне пройти? Я вам сейчас все объясню.
Гусаров проводил его в комнату, и Ангелина Михайловна перехватила вопросительный взгляд, брошенный Торцовым в ее сторону. От Льва Сергеевича этот взгляд тоже не укрылся.
— Это Ангелина Михайловна Сорокина, соседка, она, кстати, живет в той самой квартире, где когда-то жила Лариса.
Сейчас ее попросят удалиться и не мешать конфиденциальной беседе… Надо любым способом этого избежать.
— Может быть, чаю? — любезно спросила она.
— Или вы предпочитаете кофе? Я подам, Лев Сергеевич, не беспокойтесь.
— Если можно — чаю, — попросил следователь, и по выражению его лица Ангелина поняла, что теперь уж у него язык не повернется попросить ее уйти. Ну как это так: подай-принеси-пошла вон? В приличном обществе так не делают.
Она ушла на кухню заваривать чай и все время прислушивалась к голосам в комнате, боясь пропустить что-то важное и интересное.
— Лев Сергеевич, после убийства Кротовой вы проходили свидетелем по делу и выступали в суде, — начал Торцов.
— Да, было такое.
— Значит, вы были более или менее в курсе того, как жила ваша соседка, — Торцов не то спрашивал, не то утверждал, и Ангелина пожалела, что не видит его лица.
— Скорее менее, чем более, — отвечал Гусаров. — Наши дети вместе играли, Лариса часто приводила Сашеньку к нам, когда не с кем было его оставить. Ну и когда появился этот ее кавалер, Валера, она нас познакомила. Вот, собственно, и все.
