На втором этаже четыре комнаты и два санузла.
— И вы все четыре комнаты сдаете? — поинтересовалась Валентина.
— Нет, только три. Вот здесь, — Нина Сергеевна указала рукой на дверь рядом с лестницей, — у меня лаборатория. Я с удобрениями и пестицидами колдую. А из оставшихся трех можете выбирать себе любую, какая больше понравится.
Валентина выбрала комнату с окнами на север. Конечно, здесь не будет утреннего солнышка, под лучами которого так легко и сладко бывает просыпаться, но зато и не будет жарко, если лето окажется знойным.
Неизвестно ведь, сколько времени ей придется оставаться в этом доме, а лето — вот оно, уже конец апреля, еще чуть-чуть — и станет совсем тепло. Пока отец не заболел, она много ездила по командировкам и давно научилась выбирать комнаты в гостиницах, сообразуясь с временем года и местными климатическими особенностями."
"— Вы с техникой как, дружите? — спросила хозяйка.
— Вполне. Я кандидат технических наук.
— Тогда сами разберетесь, а мне пора бежать, сейчас в саду много работы.
Вот вам ключи, пойдемте, я вам быстренько покажу замки, сигнализацию и домофон и помчусь.
Через десять минут Валентина осталась одна. Ей захотелось детально осмотреть дом, интересно было, где тут что и вообще как все устроено, все-таки жить здесь придется, только сперва надо бы чемодан разобрать, вещи разложить. С таким планом в голове она поднялась наверх, в свою комнату, однако стоило ей все разложить и расставить по местам и засунуть опустевший чемодан в шкаф, на нее навалилась страшная усталость.
Все-таки ночь без сна, и волнения всякие, пусть и глупые, беспочвенные, но ведь и они силы забирают. Она скользнула под одеяло и начала проваливаться в забытье, но в последний момент усилием воли выдернула себя на поверхность бодрствования: надо позвонить брату, он ведь беспокоится, как она доехала, как устроилась. Евгений сказал, что его московский приятель обещал помочь с поиском детективного агентства. Этот приятель сам перезвонит Валентине, как только что-нибудь выяснит.
Вот теперь можно засыпать.
* * *Вечером вернувшаяся с работы Нина Сергеевна определила для Валентины порядок пользования кухней.
— Для себя я готовлю такое, что ты есть не сможешь, — весело сообщила она, — все протертое, неострое, несоленое и вообще для здорового человека невкусное. Так что у нас есть три варианта: либо ты готовишь себе сама, либо питаешься на стороне, либо, если хочешь, я буду для тебя готовить отдельно, только ты заранее скажи, что ты хочешь.
