— Как вы нашли меня, Борис? — спросил он, потом усмехнулся и добавил: — Я спрошу по-другому: как ты нашел меня, Сашенька? Впрочем, это неважно. Ты все равно скажешь мне неправду. Самостоятельно ты сделать этого не мог, тебе кто-то помогал, по-видимому, человек из милиции или из ФСБ, я угадал?
— Нет, — твердо ответил Кротов. — Вы не угадали. Но это действительно неважно. Вы хотели денег за информацию — я их принес и хотел бы выслушать вас."
"— Ну что ж, пожалуйста. Проходи, Саша, садись, нам с тобой придется немного подождать.
— Чего мы должны ждать?
— Сядь, — спокойно проговорил Кузьмин. — Выпить хочешь?
— Я за рулем.
— Тогда и я не буду.
Он подождал, пока Кротов выберет одно из нескольких глубоких мягких кресел, потом уселся напротив и взял в руки телефонную трубку.
— Я, с твоего позволенья, сделаю один звонок.
Кротов молча кивнул, напряженно ожидая продолжения. Кузьмин набрал номер, бросил несколько коротких слов и улыбнулся.
— Я, Сашенька, готов ко всему, в том числе и к тому, что ты привел на хвосте милицию или моих бывших коллег, и даже к тому, что ты обвешан техникой, как новогодняя елка — игрушками.
Но я не стану тебя обыскивать, чтобы выяснить, нет ли на тебе микрофона. Привлекать меня к уголовной ответственности не за что, я не сделал ничего противозаконного, я всего лишь выполнял приказы своего начальства. Информация, которую я собираюсь разгласить, не является государственной тайной. Но она стоит денег, и отдавать ее просто так я не намерен. Ты живешь хорошо, у тебя есть деньги, и ты ни в чем себе не отказываешь.
Почему я должен жить иначе? Мы с тобой сейчас посидим, попьем чайку, сюда подъедет человек, заберет твои деньги, отвезет в банк, а как только деньги окажутся на моем счету и он мне позвонит, я тебе все расскажу. И пусть меня слышат все, кому это интересно.
Кротов молча рассматривал Кузьмина, пытаясь представить себе его молодым офицером, который был куратором его матери.
— Вы разговариваете со мной так, словно мы давно знакомы, — заметил он.
— А ведь мы с вами видимся впервые.
Кузьмин рассмеялся:
— Это не так. Я помню тебя совсем маленьким. Мой коллега Николай Самосадов был хорошо знаком с твоей мамой и несколько раз приводил меня к ней в гости. Ты был ужасно смешным и ужасно серьезным пацаном, я таскал тебя на руках, подбрасывал в воздух, а ты боялся и визжал от страха.
— Кто такой Самосадов?
— Он был куратором твоей мамы.
— Куратором?
Кротов сделал вид, что впервые слышит этот термин.
