Ей не было жалко Максима, к нему она была совершенно равнодушна, ей жаль было собственного времени и собственных сил, потраченных впустую. Нельзя простаивать, нужно срочно искать, кому бы еще продать свои способности, нужно все время двигаться вперед. То, что случилось с Максимом Крамаревым, помешало ее планам и вызывало в ней не горячее возмущение, а всего лишь холодную досаду. К горячим чувствам Жанна вообще склонна не была, она была хладнокровной, расчетливой и циничной.
Она взяла сумку и направилась к двери, но столкнулась с вошедшим в помещение Крамаревым.
— Ты куда? — нахмурился он, увидев большую, битком набитую сумку. — Сбегаешь, как крыса с корабля? И это теперь, в такой трудный момент, когда мне нужна твоя…"
"— Перестань, — Жанна брезгливо поморщилась. — Только не надо соплей, ладно? Я тебе больше не нужна, и это очевидно всем, кроме тебя.
— Жанна, Жанночка, ну зачем ты так? Это временные трудности, я все улажу, и все будет как прежде, я тебе обещаю. Мы обязательно победим, и все у нас будет хорошо…
— У нас с тобой ничего не будет хорошего.
Дай мне пройти.
— Погоди! — Он схватил ее за плечи и попытался обнять, но Жанна вырвалась и отступила на несколько шагов. — Ну нельзя же так, честное слово! Ты ведь всегда меня понимала, всегда поддерживала, разделяла мои трудности. Что случилось сейчас? Чего ты испугалась? Ты ведь умная женщина, ты хорошо видишь перспективу, и ты не можешь не понимать, что ждет нас обоих в случае победы. Это Катерина моя дурью мается, ушла от меня, ей, видите ли, политическая деятельность поперек горла стоит.
Не понимает, дуреха, что за политикой — будущее в моей жизни. Ну ничего, как ушла — так и вернется, никуда не денется, когда в конце концов поймет, что я прав. Но у Катерины ума небогато, а ты-то? Ты-то как можешь так поступать — бросать меня в самый ответственный момент?
Жанна поставила сумку на пол и села на край стола, при этом подол узкой юбки приподнялся, обнажив худощавые угловатые колени. Вообще-то свои колени Жанна считала «слабым» местом своей довольно привлекательной внешности и старалась их не обнажать, особенно в присутствии мужчин, но сейчас ей было все равно.
Максим Крамарев ей больше не нужен, и можно сказать ему в лицо все, как есть.
— Твоя Катя вовсе не дуреха, и она к тебе не вернется, — неторопливо проговорила Жанна, смакуя каждое слово. — Ты вместе с политикой ей не нужен, а мне ты не нужен без политики. Ты никому не нужен, Максим Крамарев. Ты — неудачник, аутсайдер.
