Личный интерес

Я понимаю, что просить поменять планы не стоит, у него там «котенок» какой-то, вряд ли хвостатый, и романтический ужин, но я ужасно устала быть позади всех. Пропускать всех. Переминаться на обочине жизни.

Молчу, конечно.

— Не хотите завтра съездить со мной за город на стрельбище?

— Куда?!

— Пострелять. Пистолет, мишени, бумажные человечки. Ноль крови и риска. Часа полтора пути.

Ни за что!

— Вы поедете компанией или с кем-то?

— Планировал один, но могу заехать за вами. Часов в девять, чтобы не слишком рано.

— Мой адрес....

— Я знаю ваш адрес.

— Ну разумеется, знаете.

Я безумна. Просто безумна. Быстро моргаю.

— Нам лучше встретиться не у моего подъезда. Аптека «Апрель» на углу.

— Договорились.

— Мы ещё не договорились.

— Да ладно вам. Покричим. Будет весело.

Савелий подмигивает и наконец уходит. Стоя с колотящимся сердцем, я перевожу наверняка круглые глаза на взмокшего Матвея.

Это что, свидание? Я согласилась пойти на встречу с участником процесса? Серьезно?

В прошлую среду я сгорела в ужасе несправедливости.

Как решиться?

Я совсем его не знаю.

Если такие, как я, и нарушают правила, то делают это фатально. Я не хотела домой. Теперь я не хочу ещё и на работу. Я никуда не хочу.

Разве что.... на какое-нибудь стрельбище с Адвокатом дьявола?

Глава 12

Савелий

Вешневецкий звонит, едва я сажусь в машину.

— Что там Яхонтова?

Видел нас в торговом центре? Я мгновенно напрягаюсь, но он тут же продолжает отвлеченно болтать:

— Уверен, что «ГрандРазвитие» уже до нее добрались и все порешали. Мой экстрасенс в этом абсолютно уверен.

— Не порешали.

— Савелий Андреевич, мне уже во сне эта женщина снится...

— Попробуйте о ней не думать, — говорю я резче, и Вешневецкий замолкает.

Его дыхание тяжелое, частое. Нервы.

— Аркадий Игоревич, вы бы сходили к доктору, мне не нравится ваше настроение.

— Эти сволочи все продумали, я в этом не сомневаюсь. Меня посадят. В конце концов, обязательно. Я знаю. Чувствую это. И всё из-за серой мыши, с которой вы никак не можете найти общий язык.

— Мы тоже все продумали. И тоже те еще сволочи.

Вешневецкий громко вздыхает несколько раз подряд.