Но если скажут правду…
Наверняка на моём лице отразилось сомнение — я не могла поверить, что Райлен всерьёз собирался работать и обсуждать что-либо с теми, кто предал клан, напал на своих, и резал его людей. Но он уверенно кивнул.
— Я буду допрашивать Скора, — вызвалась я, и серых штормовых глазах впервые за последние часы промелькнула настоящее негодование.
— Ни за что. Я ни за что не оставлю тебя с ним одну, — отрезал Райлен и увёл Скора в большую комнату, где я тут же услышала лёгкие звуки слабого сопротивления.
А я осталась наедине с ярлом Гудруном.
***
Интересно, как Райлен представлял себе процесс допроса? Я не знала, но судя по звукам за дверью, там всё происходило… куда продуктивнее, чем здесь. Время от времени доносились короткие крики и ругань Скора, в то время как я всё ещё не вымолвила ни слова.
Состояние ярла Гудруна было ужасным — но стоило Райлену покинуть комнату, страх оставил его. Всё это время, с самого нападения на деревню, он провёл здесь, медленно умирая, хотя по остаткам еды и зловонию можно было судить, что вначале племянник ещё пытался ухаживать за ним.
Просто не умел."
"Кто сделал с ним такое? Скор, за то, что Гудрун не передал ему власть? Конечно, формально ярлом бы стал Пораррин, но он был нужен лишь как сосуд для подпитки камней… И если всё это сделал Скор, то почему не добил дядю? Почему оставил его в таком жутком, почти пыточном состоянии?
— Вы расскажете мне, или мне стоит начать отрезать вам пальцы? — предложила я, не до конца уверенная, что действительно смогу на это решиться.
— Я расскажу, если ты пообещаешь больше никогда не подпускать ко мне Скора, — проговорил он. Всё это время, пока мы молчали, осознание происходящего всё яснее отражалось в глазах Гудруна.
Его время закончилось. Что бы ни случилось, после сегодняшнего дня ему не выжить — но сейчас это казалось для него не карой, а освобождением.
— Хорошо, — пожала плечами я, а затем жёстко добавила: — Синье. Где она?
Последовавшее за этим долгое молчание — прерываемое лишь глухими криками Скора из-за стены — начинало действовать на нервы. Он же сам сказал, что расскажет!
— Говорите! — рявкнула я.
— Я не знаю. В последний раз мой отряд видел её у границы Пустых Земель. Мы не пересекли её. — ответил он сухо, будто всё сказанное ничего не значило.
