Лицо ее закройте. Изощренное убийство

Расставив полные ноги, она наклонилась развязать шнурки своих форменных черных ботинок, изредка ворча от натуги. Обычно она снимала униформу, как только добиралась домой. Но сегодня вечером ей было не до этого. Совершенно неожиданно она сказала:

— Нелегко понять, как лучше всего поступить. Следователь утверждал, что любая, даже самая мелкая, деталь может иметь значение. Это понятно. Но ведь любую деталь, которая, предположим, имеет значение, можно истолковать по-разному. А если, опять же предположим, полиция сделает неверные выводы?

Мисс Шарп не обладала живым воображением или чрезмерной чувствительностью, но она прожила в этом доме целых двадцать лет и не могла не услышать невысказанную просьбу подруги о помощи.

— Лучше просто выложи мне, что у тебя на уме, Дот.

— Что ж, это произошло в среду. Ты знаешь, как выглядит женская раздевалка в клинике? Сначала попадаешь в большое помещение с раковиной и запирающимися шкафчиками, а дальше находятся два туалета. В тот день работа затянулась намного дольше обычного.

Полагаю, было намного больше семи, когда я пошла умыться. Так вот, я была в туалете, когда мисс Болем зашла в раздевалку. С ней была сестра Болем. Я думала, они обе уже ушли домой, но, наверное, мисс Болем захотела забрать что-то из шкафчика, а сестра просто последовала за ней. Должно быть, они вместе были в кабинете заведующей, потому что их разговор явно продолжался — они спорили. Я не могла их не слышать. Ты знаешь, как это бывает. Я могла бы покашлять или спустить воду в туалете, чтобы обозначить свое присутствие, но к тому времени, когда я об этом подумала, стало слишком поздно.

— О чем они спорили? — поинтересовалась мисс Шарп. — О деньгах?

Она знала, что это наиболее распространенная причина семейных раздоров.

— Ну да, было похоже на то. Они говорили негромко, а я, конечно, не прислушивалась. Думаю, они ругались из-за матери сестры Болем, она больна рассеянным склерозом, ты знаешь, и теперь практически прикована к постели.

Я сделала такой вывод, так как мисс Болем сказала: ей жаль, но она делает все, что может, и, вероятно, было бы благоразумнее, если бы Мэрион трезво оценила ситуацию и внесла имя матери в список ожидания больничных мест.

— И это правильно. Невозможно ухаживать дома за такими больными до бесконечности. Если, конечно, не отказаться от работы и все время сидеть в четырех стенах."

"— Не думаю, что Мэрион Болем может себе это позволить.